1 (2019-08-14 23:58:02 отредактировано Zbigniew Boso)

https://i.gyazo.com/c59bba5158707b72f1eadb419623c153.png
Действующие лица:
Рендон Хоу , Zbigniew Boso
Внешний вид персонажей:
В постах
Дата и время в эпизоде:
Последняя треть месяца Изумруда, год Багряного Льда
Погода в эпизоде и место действия:
Побережье Фаедера - открытое море, близится шторм.
Тип эпизода:
Личный.
Краткое описание действий в эпизоде:
Двое случайно сведенных судьбою людей, оказываются в обстоятельствах, когда каждому нужна помощь товарища, но для этого надо переступить через свою жадность или обиду.

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

2 (2019-08-15 22:03:10 отредактировано Rendon Howe)

Море волнует дух и волнуется само бесчисленным множеством переливов. Бригантина “Вероломная”, пересекая темнеющую под натиском тучной черноты неба водную поверхность, разрезала волны в назидательном напутствии усиливающегося ветра. Рендон и его команда, проломленные беснующимся стихийным настроением, упивались нарастающим природным гулом. В их сердцах играла сладкоречивая мантра о скорой добыче и обильном наполнении карманов горстями звонких монет. Причиной их коллективной радости и увеселения, явилась несколькими днями ранее награбленная добыча, состав которой перемежался ингредиентами разной ценности. Основу и подавляющий массив груза представляли десятки ящиков с паприкой, чей сладко-острый аромат разносился по всему периметру корабля, спонтанной манией влекущий в глубины трюма, где эти самые ящики теснились в ожидании своей участи. А участь у них была самая незавидная: пусть пряность и собирались использовать по прямому назначению, однако важным фактором в этом пользовании было то, кто именно потребляет товар. Запрещенный в некоторых поселениях и городах, рыжего оттенка порошок считался вызывающим зависимость, а при обильном его потреблении — галлюциногенные состояния, чье эффективное воздействие на разум рождало доселе несуществующие истины. Конечно же, Рендон и пираты в целом с большой охотой поддерживали эти басни, слагая их каждый раз с разным оттенком правдоподобия и глубиной проработки официальной легенды. Мотивировало их на это одно, казалось бы, незначительное свойство человеческой натуры: жажда обогащения за счет глупых и наивных. В результате вхождения в перечень контрабандных товаров, специя становилась особо привлекательным изыском в собственности тех, кто не чурался обходить закон стороной. В случае с этой историей, капитан Хоу вез свой товар на побережье близ портовой линии Фаэдера, где ему была назначена встреча с особенно неприветливой и нелюбимой частью маргинальных слоев населения: с культистами, жизненное балование которых характеризовалась ритуальными убийствами и частыми приступами служения самым радикальным Богам. Не сказать, что Рендон был рад возможности завести новые знакомства среди представителей “духовенства” такого толка, но, тем не менее, не лишал себя радости воспользоваться этой неприязнью в дальнейшем: когда-нибудь, возможно уже очень скоро, этих фанатиков закажет какая-нибудь влиятельная фигура из света, а Хоу будет не только согласен, но и готов исполнить столь деликатный заказ. Само собой — за предельно громоздкую сумму денег. Капитан стоял у штурвала, уступая редкие моменты безделья штурману и глядел вдаль, за линию горизонта, которая сейчас отчаянной попыткой держать равновесие, покачивалась, периодически то поднимаясь, то вновь опускаясь. В его голове роились бурлящие мысли о заварушке, которую они бы учинить просто так — веселья ради — если бы только пираты были чуть менее подкупны.

Но этой оказии капитана лишили одним исключительно точным событийным жестом: культисты, которым предназначались дорогостоящие грузы, по судьбоносному велению извелись. Состав их заметно поредел, а пущая инициативность в отношении сделок по сбыту нелегального товара поубавилась вместе со средствами, которыми те собирались расплачиваться. Рендон мало интересовался политикой в кругах темных искусств, но зато хорошо понимал, куда дует ветер, когда в назначенный день на назначенном месте покупатель появляется с опозданием, да еще и без какого-либо встречного предложения. Денег у чернокнижников не было, а намерения их были сугубо из жалости к своему положению: их извели какой-то более черной, чем их собственная, магией, а вместо обещанных золотых гор они совершали потуги расплатиться остатками имущества разного назначения, которое им, из того, что мог судить Рендон, уже никогда не понадобится. От этого не благозвучного известия Рендон слегка приуныл и поубавил пыл, однако не лишился пиратского темперамента: вместо сотни ящиков паприки он приказал выгрузить только четверть, а остальное был намерен увезти с собой обратно на Сердан, где, как ему казалось, мог найтись более сговорчивый скупщик.

Долгое обратное путешествие надоедало, утомляя живой разум и жажду действия, а потому капитан уже очень скоро понял, что с этим просто необходимо что-то поделать. Понял, что мириться с действительностью неудавшейся сделки не стоит и что они могли бы воспользоваться бедственным положением культистов и самостоятельно забрать у тех все, что еще оставалось. Через некоторое время пират отдал приказ о резкой смене курса и направления, опьяненный внезапной идеей, родившейся на подкорках сознания. Море вокруг бушевало все сильнее, пенясь и ударяясь о неприступный борт корабля, а паруса трепетали симфонией бесперебойного натиска воздушных потоков. Предварительно посетив собственную каюту и взяв со стола некоторые стратегически важные предметы, капитан неспешно спустился на нижнюю палубу, а уже там — принялся плутать между коридоров громоздких ящиков. Очень скоро он нашел верную тропинку и, оказавшись в поле зрения главного трофея недавней добычи, остановился, вальяжно облокотившись локтем о ближайшую деревянную доску. Мальчик казался ему изможденным и преуспевшим в образе мученика, однако то — лишь пыль, которая не трогала черствую душу пирата. Ему даже казалось, что кандалы и магический ошейник на шее светловолосого ребенка придавали тому большую значимость и эстетику внешнего вида. Впрочем, пирата интересовало отнюдь не состояние и не страдальческое положение юноши, которого культисты с бесповоротной радостью и задором втюхали Рендону в качестве оплаты за паприку. Ему даже показалось, что они готовы отдать его за бесплатно — настолько им хотелось избавиться от мальчишки. Те даже не удосужились снизойти до объяснений о его персоне. Рендону после таких заявлений казалось, что культисты — лишь излишне ряженые педофилы, которых поймали с поличным особо набожные и категоричные представители власти и теперь они спешно пытались замести следы преступления. Однако, проверять сию теорию моряк не имел никакого желания.
— Чем ты такой особенный? Голос Рендона буквально прорвал довлеющую тишину и общую темноту помещения. Опустившись на корточки и поставив перед парнем пустую миску, Хоу попал под освещение единственного проникающего сюда луча света и теперь его пленник мог ощутить на себе строгий проницательный взгляд единственного глаза. В руках капитана таилась фляга с чистой водой, а в голове мысли, которыми он не спешил делиться. Тем временем, где-то снаружи с яростным рокотом пробила гроза.

Рейтинг поста: 1

3 (2019-08-16 19:38:23 отредактировано Zbigniew Boso)

Последнее что помнил Збышек, это схватку в покоях Пророка. Сам прорицатель давно уже был мертв, а его последователи теперь ломились в обе двери, норовя отомстить убийцам. Одно из заклинаний рыжего мага пробило значительную просеку в коридоре, однако и сам он отключился. Так что уже не видел, как пал сначала Рапс, а потом Тейд.
Очнулся он уже в трюме какого-то судна. Собственно причиной пробуждения послужила какая-то возня, которую мальчишка почувствовал у своей ступни. Это оказалась корабельная крыса, что размышляла готов “обед” или нет, ответом ей стал хороший пинок пяткой. Удар вышел настолько хорошим, то ли от испуга, то ли просто за счет оборотнической силы, чтобы откинуть крысу прямо к ящикам, где она и осталась лежать после встречи с каким-то углом. Оборотни всегда отличались силой, даже такие мелкие. Вот только сам оборотень тут же скривился от боли, вызванной собственным движением.
Когда перед глазами перестали плавать круги, Збыш постарался осмотреться.
Что он в трюме, понять было несложно, под задницей и лопатками деревянный пол, грубый и холодный, который к тому же колебался, когда судно взбиралось на очередную волну. Всё это естественно сопровождал характерный скрип, который нельзя было спутать с чем-то ещё. Для Збыша всё это было знакомо, всё же ему приходилось подрабатывать в прошлом на разных судах, да и почти все детство прошло в море у берегов Фаэдера.
Голова кружилась и болела, как и все тело, а в и без того впалом животе голодно тянуло, нормальной еды там не было уже очень долго судя по всему. Впрочем, голод это было хорошо, значит с оборотнем все в порядке. Вокруг было довольно темно, только одинокий луч пробивался снаружи в трюм. Для зрения оборотня этого уже было достаточно, чтобы увидеть, что вокруг громоздились какие-то ящики и мешки, а кое где торчали остатки культистской утвари. Либо его пленители решили переехать, либо кто-то другой оттяпал у них кусочек добра. В носу свербило от запаха перца, наполнявшего помещение.
У самого мальчишки украшений тоже прибавилось, к ошейнику добавились ещё и какие-то дурацкие кандалы. Збыш только фыркнул при их виде. Где бы он сейчас не находился, кандалов детского размера тут явно не было. Оборотень и так не отличался массивностью телосложения, а уж в детском облике и подавно. Чуть поморщившись, рыжий выкрутил одну руку из железного браслета и смахнул выгоревшие волосы с лица.
Вряд ли пока стоило отправляться исследовать судно, сначала нужно было восстановить силы.
Збышек кряхтя потянулся. Казалось, что болела каждая косточка жилистого тела. Мальчишка прикрыл глаза, зашептал слова молитвы, и ладонь наполнилась мягким и теплым светом. Через некоторое время следы побоев рассосались, а раны стали затягиваться, от чего ещё сильнее захотелось есть. Рыжий уже собирался поискать, что-нибудь съестное, когда услышал, как где-то за ящиками скрипнул люк, а потом раздались шаги. Оборотень торопливо вернул руку в металлический браслет и расслабился, ожидая тюремщика.
Однако, судя по всему как вел себя пришедший, тюремщиком он не был. Пока пришедший вальяжно облокотившись рассматривал оборотня, оборотень рассматривал его. В принципе, с последнего раза как Рендон видел пленника, произошло не особо много изменений, куда-то пропали синяки, которые и так не очень то видны были на загорелой дочерна коже, стали четче видны тонкие ниточки шрамов, там где ещё недавно были раны, да добавилось ещё несколько шрамов, которых раньше вроде бы не было. Последние выглядели так, будто кто-то вскрывал мальчишку от кадыка до паха.
Вопрос, моряка прозвучал неожиданно, заставив рыжего вздрогнуть.
Впрочем, отвечать оборотень не спешил, покосившись сначала на пустую миску, а потом снова на одноглазое лица, снова попавшее в луч света.
- Особенный? - голос звучал непривычно сухо и надтреснуто из-за пересохшего горла, - я думаю ничем. Друзья из культа не рассказали?

НРПГ

Результаты броска: (18) = 18


Лечение

Результаты броска: (99) = 99


Результаты броска: (9+1+10) = 20


В течении часа тело кастера покрыто шрамами будто он подвергался аутопсии

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

4

— Не рассказали, - подыграл Рендон, после чего издевательски медленно отпил из обнаженной на свету фляги, - Иначе зачем бы я тебя спрашивал? На мгновение пирату показалось, что мальчик не безоружен. Такие ощущения появлялись у Рендона в моменты, когда в комнате врал кто-то, помимо него. Обычно интуиция капитана не подводила и потому на несколько секунд он ушел в прострацию, внимательно оглядывая пленника. Жилистый и усталый, мальчик являл собой кладезь всевозможных увечий, царапин и старых шрамов, которые, к тому же, с лихвой дополнялись свежими ссадинами и кровоподтеками. Жалость к чужим страданиям капитан не испытывал, однако его пристальное сосредоточение вполне убедительно могло за него сойти. На самом же деле мужчину терзал исключительно мыслительный интерес, которым он собирался воспользоваться, чтобы увидеть в заключенном кого-то большего, нежели просто худощавого мальчишку, чья единственная перспектива — быть проданным в рабство. Ему хотелось найти причину пощадить ребенка — не из благородства и не из сердоболия, а потому, что явственно изображенный испуг его прежних владельцев вселял в работорговца уверенность в том, что перед ним — не просто беспризорная жертва бренного существования. Увлеченный размышлением, Рендон обрек жертву своего внимания на испытание терпением и неловким молчанием, однако это стоило того, чтобы пират увидел недавние покраснения на запястьях доходяги.
— Ты ведь здесь не в плену, да? Поинтересовался он играючи и больше риторически, чем дал собеседнику узнать о случившимся наблюдении. Пират не злился и не переживал из-за мнимой свободы телодвижений обессиленного паренька: его заботило только то, что тот собирался с ней делать. А делать ему было практически нечего, так как бежать ни в одну сторону света не приходилось возможным, из-за непреодолимого водного рва, кольцующего корабль, а самовольное изменение курса движения не случится как минимум потому, что юноша не найдет в себе сил совладать даже с одним пиратом, не говоря уже о нескольких десятках. Рендон загадочно улыбнулся, разливая в стоящую перед ним миску воду, после чего совсем на немного пододвинул ту к пленнику. Спешить утолять жажду своего раба пират не стремился, так как тому еще предстояло доказать, стоит ли он хотя бы одной потраченной капли.
— Вот какое дело, - проговорил мужчина, выпрямившись и подвинув ногой миску в исходное положение, - культисты, если кому из нас и друзья, то скорее тебе. По крайней мере были таковыми до недавнего времени, - пират выждал паузу и как раз в эту секунду гроза пробила с новой силой, а корпус корабля опасно накренился в сторону, вызывая в неприспособленном к долгому плаванию организме рвотные позывы, - они буквально умоляли меня забрать тебя куда подальше. Даже больше — они хотели и заплатили мне за то, чтобы я поскорее увез тебя и, знаешь, мне нравится, когда сделки проходят с такой подавляющей выгодой лишь для одной стороны, - мужчина сел, удобно облокотившись о стоящий за ним ящик, - но мне не дает покоя причина их страстного желания избавиться и беспокойство, с которым они на тебя смотрели. Не пойми меня неправильно, но будь они овцами, а ты волком, то у меня бы и в мыслях не было повода сомневаться, но из того, что я там увидел, из того, что законченные фанатики бьются в конвульсиях от одного только твоего присутствия, мне становится до одури интересно, а что же ты им такого сделал, чтобы они не могли просто тебя прикончить? Взгляд пирата был непоколебим, а голос его омывала терпеливая интонация и свойственное только властвующему человеку спокойствие. За бортом, тем временем, бушевало и безумством волновых столкновений пенилось море, предупреждая команду Хоу о предстоящем шторме. И хотя они плыли в сторону от эпицентра погодного бедствия, непреклонный ветер все равно возвращал их в зону опасности и повреждающего деревянную конструкцию столкновения.

Рейтинг поста: 1

5 (2019-08-18 14:03:50 отредактировано Zbigniew Boso)

Мальчишка хмуро наблюдал за тем, как пират пьет воду. Самому пить хотелось неимоверно, вот только и ответить на вопросы мужчины было нечего. Снова воцарилась тяжелая тишина. Точнее даже отсутствие слов, дырка в разговоре, которая просто молила чем-то заполнить себя. Будь Збышек обычным человеком, он скорее всего так и сделал бы, попытался что-то рассказать, заполнить пустоту, но человеком он был отчасти. Иногда даже казалось, что человеческого в рыжем меньше, чем звериного. Когда зверю нечего сказать он просто занимается своими делами или молчит, если не может. Вот и Збыш молча встретил разглядывания одноглазого. Можно было ожидать, что он хотя бы смутится, как любой голый мальчишка оказавшийся на таком осмотре, но и этого не произошло всё по той же причине. Для оборотня такой вид был вполне обычным делом.
— Ну как сказать, - криво усмехнулся Збыш, когда одноглазый кивнул на кандалы.
После чего демонстративно выкрутил запястья из железных браслетов. Это было несложно, учитывая толщину запястий и диаметр кандалов рассчитанных на обычных взрослых людей.
— Это культисты постарались или твои люди не особо любят задумываться?
Поинтересовался рыжий и принялся чесать пятку и конопатый нос одновременно. Этого ему очень хотелось вот уже несколько минут. Впрочем, он тут же прервался, когда одноглазый принялся лить воду в миску. Вода журчала и плескалась, брызгая на пол и грязные ноги. Стоило большого труда чтобы сразу не потянуться к миске, что было бы ошибкой, о чем говорило то, как её отодвинули, стоило вновь политься вопросам.
Когда одноглазый рассказал, как культисты старались избавиться от него, Збышек не смог сдержать улыбки. Несмотря на то, что ему пришлось вынести и пережить, это было в прошлом, а приключение вышло забавным. Неожиданный крен судна вызвал на грязном лице пленника испуг, за расплескавшуюся воду. Последнее волновало оборотня куда больше, чем качка.
Они просто тупые. Но они пытались. Честно пытались, - хрипло заговорил мальчишка, неожиданно серьезно, - думаю, проблема этих болванов, в том, что они верующие. Они верят в приход своего бога. Верят в пророчество.
Рыжий снова покосился на воду и облизал губы.
— Большой рассказ. Можно я попью?
Последний вопрос был скорее формальностью, поскольку канопатый протянул руку к миске и сосредоточился, после чего вода поднялась серебристой сферой над посудиной. Шарик неторопливо пролетел над полом и каждая капля пролитая ранее стремилась присоединиться к нему. Збыш покосился на реакцию одноглазого, после чего прильнул губами к водяной сфере.
— Эти верили, что через год наступит конец света, - наконец, продолжил он. - Их слепой Пророк предвидел приход Разоэнру. Так же как то, что прекрасная эльфийка. «С самой прекрасной задницей и грудью, а лицом сравнимая с богиней красоты». В общем, эльфийка, в компании своих друзей и соратников убьет возродившееся божество. И чтобы помешать ей, они решили прикончить меня.
Понимая, как это звучит, Збышек покосился на одноглазого.
— Я не знаю, что это за эльфийка. Пророк считал что это я. И даже своим рукам не поверил, видя только большую жопу и грудь, а не то что нащупал. Они пытались меня убить. Но они верили, что придет бог и его убьют. Этим тупоумным не хватило веры только на то, что они смогут изменить будущее. Первый жрец, который пытался меня зарезать на их алтаре, просто оступился, упал с лестницы и напоролся на собственный нож. Другого от страха просто хватил удар. Они выпустили меня драться с каким-то син'трессом. Здоровым, что бык. Тут мне повезло, мы вырубили друг друга одновременно. Фанатики, куда большие рабы своей веры и пророчеств.
Это прозвучало неожиданно взросло, для тринадцатилетки, впрочем, такие моменты постоянно мелькали в речи мальчишки.
Збыш ухмыльнулся вспоминая эту драку в клетке. Интересно, сколько монет в тот день лишилось своих хозяев. Рыжий откинул голову, уперевшись затылком в доски трюма, и прикрыл глаза.
— Потом мы вырвались. Син'тресс, я и ещё один раб. Син'тресс хотел убить советника Пророка. Как я понял за ним его и отправили. Я хотел крови пророка. Мы убили сначала одного, потом другого. Дальше была драка в келье Пророка, а потом я не помню. Всё, мне больше нечего тебе рассказать. Я ответил на твои вопросы?


НРПГ

Результаты броска: (49) = 49

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

6

Рендон не без интереса наблюдал за вольными магическими потоками, соединяющими разлетевшиеся в стороны водные элементы в одно единое целое. Сферическая субстанция уплотнилась, множилась и наливалась десятками левитирующих над полом капель, а управитель энергетического направления не без наглости приравнивал свое действие к протесту в отношении заключения. Подобные инсинуации играли мальчику на руку, так как, если бы перед ним был другой капитан, нервный и легко поддающийся гневу, то, вероятно, затейливый колдун этой самой руки сейчас и лишился бы. Но то был Рендон и продемонстрированное его взору умение, виртуозный способ утолять жажду, стал для него очевидным и весомым аргументом в решении касаемо судьбы паренька. Кроме того, он и не собирался лишать последнего возможности продержаться еще пару дней в состоянии слабо подпитываемого баланса сил и здоровья. Просто хотел немного с тем поиграть, провоцируя на какие-нибудь опрометчивые поступки или неосторожные фразы. Вместо этого, пленник сам дарил пирату сведения, достаточные тому для того, чтобы возбудить мыслительные процессы. Не показывая свою заинтересованность больше, чем того требовали обстоятельства и, оставаясь строгим во взгляде и суровым в выражении лица, Хоу сдерживал себя, чтобы не начать предаваться бессмысленному обсуждению интеллектуальных способностей оккультистов. Капитан был согласен с оценочными суждениями мальчишки в отношении его бывших пленителей и этот фактор сильно затруднял пристрастное общение: у пирата не получалось разозлиться и сосредоточиться на подлинной причине их встречи. Вместо этого, Рендону хотелось подпитать уже случившиеся впечатления юноши и посмотреть, что еще тот умеет колдовать. Создавалось странное и непривычное ощущение плодотворного влияния магического потенциала раба на подсознательное к нему отношение со стороны. Все же, Рендон был хоть и не рядовым, но все еще человеком, и потому тоже поддавался мистическому заблуждению. Во вредоносную ересь, расписанную пареньком, капитан поверил с охотой: он сам ни раз попадался на словесные уловки людей, чье понятие веры ставится превыше ее реального наличия. Со знанием абсолютно безвозвратного погружения в низины разумного со стороны духовников подобного толка, Рендон воспринимал их потуги объяснить наличие божественного в мире с легким оттенком жалости и ярко подчеркнутым иронизированием. Но когда же повествование худющего узника достигло апогея абсурда, где он в глазах предводителя культа — есть самая сексуальная и сочная эльфийская прелестница, Рендон брезгливо смутился и едва заметно наморщил лицо. Ранее зародившаяся догадка о наличии в кругах чернокнижников наклонностей по растлению малолетних пустила корни, заводя пирата в дебри сознания, которые ему бы не хотелось затрагивать. Приняв положение поудобнее и закрепившись в позиции слушателя, Хоу оставил все свои сомнения и колкие комментарии, которые так и напрашивались в удобный для них словесный поток рассказчика. Причиной тому были обстоятельства, озвученные тем далее: по странным и несогласованным с реальностью причинам, окружающие мальчика маньяки умирали словно бы по вселенскому велению и прихоти божьей. И если бы Рендон своими глазами не видел неподдельные страх и панику в поведении тех, кто некоторым временем ранее буквально всучил ему этого убогого на вид человечка, то ни за что бы тому не поверил. Но он верил и потому с большим, нежели изначально предполагаемым, интересом относился к сидящей перед ним персоне.
— То есть ты на пару с еще несколькими салагами разнес и выпотрошил гнездо черных таинств и мракобесия, а теперь сидишь тут в цепях и не помнишь, как так вышло, что тебя поймали? Рендон едва сдерживал смех, но тот был не издевательским, а скорее одобрительным. Подобные сюжеты взывали к той части пиратской жизни, которая превыше всего остального ставит умение разогнать черные тучи мощной яростью и выстрелом в них пробивающего солнечного луча, — да ты просто дьявол какой-то бесноватый, — утрирован пират и вытянул ноги в расслабленном успокоении. Но в следующую секунду это же действие стоило ему равновесия, потому как корабль ударило волной такой силы, что стоящие вокруг собеседников ящики подпрыгнули и, зависнув в воздухе на долю секунды, с грохотом обрушились о резко сменившую положение стену. Доски трескались без возможности на спасение, разваливались с болезненным хрустом гнущихся переплетений и обнажали на перекатывающийся в бесконечном вихре перемещений тонкий столбик света специи. Красный порошок, зависшим узором художника гравитации распылялся в стороны, ослепляя и опьяняя чувственные рецепторы присутствующих своим навязчиво острым ароматом. В акте незапланированного пикирования пират потерялся среди громыхающих и ударяющихся о разные препятствия грузов, старательно и умело хватаясь, а после отталкиваясь от всего, чему можно было найти применение в качестве опоры.  И если Рендон был не в первый раз вовлечен в подобный хаос и круговорот дрейфовых передвижений, и весил при этом достаточно для того, чтобы устоять на ногах в ответственный для рывка момент, то мальчик, чье тело прозрачным сквозным видением указывало на слабость и бедственное положение организма, вовсе потерял связь с твердой поверхностью. Уклоняясь от очередной бочки, норовящей разукрасить лицо пирата порошковой присыпкой и десятками лезвий заноз, он схватился за нависшую над головой балку и повис, кружащий вокруг этой оси, словно маятник на беспокойном ветру.
— Если ты реально такой до хуя в жопе волшебник, - выругался Рендон, сильнее напрягая руку в плече, — то сейчас самое время проявить твои способности и что-нибудь с этим сделать, — пират обращался к пленнику, не видя того, но какое-то интуитивно значимое ощущение подсказывало капитану, что раб не умер под весом одного из ящиков и сейчас тоже думал о том, как спасти свою шкуру, — звучит неправдоподобно и малоприятно, — крикнул Хоу и схватился за взявшийся из темноты канат свободной рукой, — но нам нужно действовать слаженно: мы идем ко дну и для того, чтобы выбраться из трюма, нужно использовать четыре руки и четыре ноги, — со стороны слова моряка могли показаться идиотией и горячкой, но на самом же деле его устами вещал не пропитый профессионализм, который также скоро позволил Хоу вскарабкаться по одному из ящиков выше и, встав на ноги немногим выше стремительно поднимающегося уровня воды, оглядеться в поисках мальчика. Поиски были недолгими, ведь искомый летательный объект почти сразу пронесся сбоку от капитана, а тот, не имея привычки задерживать ход уже начатых событий, сгруппировался и направленно подпрыгнул.
— Никакой паники, — заклинал пират, не зная о том, что на самом деле мог чувствовать мальчик: было слишком темно, чтобы можно было разглядеть лица друг друга, — Я тебя подкину, а ты хватайся за что угодно, за что можно держаться и тяни, что есть сил меня на себя, — ждать было некогда: им предстояло повторить обозначенное Хоу телодвижение несколько раз и успеть, при том, остаться в живых. Тут же швыряя костлявое тело вверх по направлению к люку, ведущему вон из трюма, Рендон сам же отпрыгнул, отталкиваясь от уходящего из-под ног чего-то, что могло быть как ящиком, так и корабельным обломком. Бригантина резво теряла грацию плавания, а ее экипаж, либо самозабвенно тонул, либо старательно искал пути отступления: шторм бушевал в самом яростном проявлении и, если ветер был способен заглушать тембр мыслей, то вихревой столб внушал самостоятельное, ни с чем не сравнимое настроение.

Рейтинг поста: 1

7 (2019-08-21 12:10:13 отредактировано Zbigniew Boso)

Несмотря на сосредоточенность на магическом трюке, Збышек не забывал поглядывать за одноглазым и отсутствие его реакции немного расстраивало. Пусть оборотню уже скоро и должно было стукнуть тридцать, но из-за своих магических происшествий, оказываясь в теле подростка, во многом он начинал вести себя и реагировать именно как подросток. Потому такая безучастность его немного задела. Впрочем, рыжий, как обиделся, так же быстро и забыл об этом. Потому что не заржать на моменте про эльфийку и правда, было тяжело, а рассказывать об этом без улыбки конопатый не мог. Да и сам бы Збыш, расскажи ему кто такую историю, не поверил бы сразу. Впрочем, на последние слова мальчишка всё же хотел возразить.
- Тейд был опытным убийцей. Я только немного помогал. Да и культисты не ждали…
Дальше договорить он не успел, так как ощутил, что медленно поднимается с пола в воздух. Забавно, что в этот момент лицо мальчишки было не испуганным, а удивленным и чуть раздраженным.
Дальше же начался настоящий хаос, перец, вперемешку с водой и коробками летал по всему трюму. Где-то среди этого хаоса был и Збышек, несколько раз его крепко приложило о борт и ящики. Оборотень хотел вцепиться в какой-то канат, что подвернулся под руку, но через мгновение обнаружил, что литит по трюму вместе с этим самым канатом, который нигде не был закреплен.
Когда одноглазый принялся ругаться, рыжий хотел огрызнуться, мол он маг земли, а где он тут землю видит, но буквально только открыв рот, от очередного удара выдал из себя только:
- Яхррр…
С этим воплем мальчишка влетел в стену, а следом чуть только он успел закрыться, его накрыло ящиком. Впрочем, стоит отдать должное крепости и выносливости чародея, когда его бросило в обратную сторону он, несмотря на многочисленные порезы, ссадины, синяки и вездесущий перец только глухо рычал от злости.
Так же внезапно как начался этот кавардак, беспорядочные полеты по трюму прекратились, когда одноглазый умудрился поймать рыжего. В первый миг, запутанный и не получающий ничего кроме ударов Збышек даже не сообразил, что произошло и чуть было не впился в схватившую его руку. Впрочем, через секунду до него дошло и Рендон смог ощутить энергичный кивок.
Вот дальше все оказалось не так просто. Несмотря на небольшой рост и совершенно смешной вес, кинуть вверх даже тридцать килограмм было не так просто, особенно когда толком ухватить эти тридцать килограмм было не за что. Тех нескольких секунд стабильности, мальчишке хватило, чтобы немного прийти в себя и разобраться в происходящем.
Через мгновение, сразу несколько событий сыграли на руку пленникам трюма.
Вспышка молнии снаружи, хоть немного рассеяла мрак, царящий в трюме, так что не только Збышек, но и Рендон получил возможность видеть хоть что-то, хотя бы на долю мгновения. В следующий миг корабль качнулся так, что Збышек, не очень уверенно, но всё же летящий куда-то в сторону, попал как раз на одну из балок, что когда-то была видимо основанием мачты.
Збыш бешено замолотил руками по дереву стараясь схватиться хоть за что-то, пока не наткнулся на канатную сеть, оплетавшую ранее мачту. Первым делом Збыш быстро накрутил на руку сетку, так что даже если отпустит, то не улетит вниз в первое же мгновение. Следом он, даже несмотря на то, что действовал одной рукой, быстро привязал канат к сети. Узел, который он использовал, был довольно распространен у всех рыбаков фаэдерского побережья, что регулярно выходят в море. Этому узлу рыжего научил ещё отец, почти двадцать лет назад. Следующие пара ударов сердца ушло на мгновенную концентрацию, слова магической формулы и щелчок пальцами свободной руки. В тот же миг, рядом с мальчишкой появилась магическая сфера, что залила трюм ровным светом.
- Хватай.
Придерживая канат ногой, чтобы он не болтался, оборотень дождался, чтобы одноглазый схватил его, после чего выпутался и полез дальше. Для голодного избитого подростка, рыжий удивительно быстро приходил в себя.
Не тратя времени, Збыш прошептал ещё одно заклинание. Внешне ничего не изменилось, но рыжий с необычайной ловкостью прыгнул вверх, ухватился за какие-то обломки, а с них уже уцепился и добрался до нижней ступеньки лестницы, что вела прочь из трюма. В движениях и поведении юного раба и раньше проскальзывало что-то дикое и животное, сейчас же карабкаясь по обломкам, он и вовсе напоминал крупную, голозадую и бесхвостую мартышку.
Добравшись до лестницы, мартышка... мальчишка, сплёл ноги в замок вокруг ступеньки, и свесился вниз, протянув руки одноглазому. Стоя на мачте, мужчина как раз мог бы дотронуться до перемазанных в перце и крови рук. Несмотря на то, что рыжий сейчас мог бы выскользнуть в открытый люк, сбежать, позвать на помощь или ещё чего, он только на миг убрал протянутые руки, когда корабль качнуло в очередной раз.



НРПГ

Результаты броска: (1) = 1


Результаты броска: (19) = 19


Свет

Результаты броска: (41) = 41


Увеличение силы и ловкости

Результаты броска: (82) = 82


http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

8 (2019-08-27 20:52:51 отредактировано Rendon Howe)

Чихать хотелось сильнее, нежели жить. Весь ярко и неестественно красный, Рендон силился вылететь из трюма под мощью отдачи выпущенного из носа воздушного выстрела. Возведенные с целью решительного рывка и мышечного импульса руки отказывались слушаться, рефлекторно зажимая глаза и щеки в безрезультатной попытке избавить лицо от порошкового налета, чье присутствие на коже порождало множественное слизистое раздражение. В этот непростой для самоконтроля момент корабль качало из стороны в сторону с таким неистовым превосходством стихии над громоздкой деревянной постройкой, что оставалось лишь удивляться и принимать реальность в невиданных проявлениях оттого, с каким профессионально отточенным умением пират сохранял равновесие. Повязка, закрывающая до того не использующийся глаз была оторвана и выброшена одним неброским предельным натяжением ткани, а лицо капитана наливалось кровью от непрерывного круговорота корабельного буйства. Прозвучало едва уловимое голосовое образование, сразу после которого в трюме освободился, разлетаясь многочисленными магическими частицами, ярчайший световой сгусток. Воспользовавшись открывшейся обоим его глазам обзорной панорамой и, крепко ухватившись за приспособленный мальчиком под их общие нужды канат, Рендон не терял времени, чтобы чередой резвых прыжков и отталкиваний взобраться выше. Стремительный и ловкий в телодвижениях, пират приспосабливался под обстановку хаоса и бесконечных нарушений привычного положения корпуса судна, так, словно бы подобные физические тренировки здесь были делом столь же привычным, сколь привычными были завтрак, обед и ужин для обыкновенного человека. На долю секунды Хоу показалось, будто бы пленник пропал, скрывшись из виду в сыгравшей ему на руку стихийной беспечности, однако та секунда прервалась единственно значимым жестом протянутых над головой капитана рук. Запримеченные конечности, как не трудно было отметить, размером и визуальным доказательством силы были сопоставимы с двумя хрупкими тростинками, оказавшимися рядом не в тот момент и не в том месте. Тем не менее, вариантов выбора у Хоу было ровно столько, сколько рук ему представилось незаслуженной милостью пленника. С яростью и координатной точностью подогнув колени, Рендон оттолкнулся в последний раз, совершив прыжок такой высоты, что любой — даже самый матерый — эльф позавидовал бы. Крепко вцепившись в мелкие худощавые ладони и не останавливая мышечную прыть, пират взобрался на качающийся в бесноватой имитации землетрясения борт, чем совершенно не привлек внимание снующих в разные стороны моряков. Подчинявшаяся инстинкту самосохранения и безжалостному желанию выжить толпа мужиков, умело справляясь с первозданной задачей, пользовалась всеми доступными оснащением бригантины способами, чтобы поскорее ретироваться и добраться до берега. В суматохе спасительных операций и аврале событийных мероприятий, ни один из пиратов и подумать не смел о самом важном смысловом звенье побега, а именно — направлении в котором, предполагаемо, должен оказаться берег. Суша, супротив надеждам и неистовому ожиданию, показываться на глаза не хотела ни в пределах, ни за горизонтом всех четырех сторон света, что наводило на тревожные припадки и подступающие панические настроения. Проявить стимулирующие невроз и патологию самообладания, впрочем, времени не было, так как корабль, обламываясь в мачтах, терял свои гордость и достояние в формате падающих и накрывающих незадачливых моряков парусов. Жить в такие моменты хотелось даже больше, чем когда тебе угрожает нечто более подконтрольное и стабильное: такое, как, например, выставленная в сторону твоего лица стрела, либо сабля, раскрученная над опьяненной буйством сражения головой. В такие моменты, хоть и хотелось поверить в чудо, что произойдет в самый последний для выживаемости момент, когда ты обессиленный и отчаявшийся смиришься с участью пленника самого грозного проявления стихии, все равно не было шанса опустить руки и забыть о том, что чудо такого масштаба можно сотворить лишь самостоятельно. По крайней мере так мыслил Рендон, уверенный в том, что переживать за команду его не стоит: большая часть салаг и без того долго бороздили моря и океаны, чтобы еще и в этот шторм оставить за собой право на жизнь. Остальная часть, если и были способными выйти не сухими, но закаленными из свирепости бьющих во все стороны водных пластин и пролететь по ветру, более не ласкающему, но с ожесточением врезающемуся в лица, то были способны на то и без вмешательства капитана. Посему, приводимый в движение первобытными инстинктами и интуитивным превосходством моряка, Хоу беспардонно схватился пальцами за пульсирующий переливами неземного происхождения ошейник, чтобы в нескольких отработанных прыжках вымостить для себя и юнца спасительную тропинку. Медлить в это миг — значило действовать против здравого смысла: борт накренился, охотливо погружаясь в бушующее водное полотно, а доски, некогда служившие значимыми элементами единой цельной структуры, щепками разлетались в стороны, погружая обстановку в беспокойный сумбур опасных разрывов и тресков. У самого края борта схватившись за надеждый круг-ошейник бывшего пленника, Рендон принял волевое решение пустится прочь с утопающего корабля. Если бы у него было время на то, чтобы поразмыслить и взвесить все за и против, то сей подвиг дался бы пирату с особо тяжким и болезненным превозмоганием, сродни тому, что происходит, рождая устойчивую травму психики, в семьях, где у матери отбирают любимое той дитя. Но этого ресурса у Хоу в запасе не было, и потому с чистым сердцем и непревзойденной верой в победу над обстоятельствами, мужчина спикировал в свирепую морскую бездну. С заглушенным раскатами грома и общей сумятицей происходящих на принимающем титул потопленного корабле движений грохотом, капитан приземлился в безрадостные холодные объятия океана. Беспрецедентный и неподатливый убеждению круговорот тут же обуял с головой ничтожные человеческие носители, закрутив те с такой губительной тягой, что у Хоу не хватило сил даже на попытку определить положение себя в пространстве и дотянуться рукой до мальчишки. Вместо этого, гоняемый из стороны в сторону жуткой дикостью утомительных волнений, парализованный волей волн и бедственный в положении, граничащем с жизненно важной способностью к дыханию, мужчина слабел, погружаясь в сон с претензией к отсутствию впоследствии пробуждения.

Но томительный плен отключенного защитным механизмом организма сознания завершился, а вместе с ним завершился и шторм, чьими кистями была теперь разрисована вся округа. В незнакомой глуши окружения, засыпанный тяжелым от влаги песком и окруженный мусором различного толка и размера, Рендон лежал, предаваясь навязчивому ощущению болящих во всех местах конечностей. Светло-серые глаза открывались обессиленно медленно, а тело ломило, прижатое к злополучному песку литрами смертельной жидкости, что самым неприятным образом впитали в себя одежды. Капитан не знал и не хотел знать, сколько он пролежал в таком состоянии, но если бы для него имело смысл довериться чувствам, то они бы без особой радости подсказали, что его пребывание в столь тесной близости к земле изрядно затянулось, перейдя из робкой прелюдии в многочасовое насилие. Спустя характерно медлительные для едва не скончавшегося человека потуги встать на ноги, Рендон добрался до одиноко стоящего неподалеку обломка пальмы, чтобы, упираясь в разорванный ствол руками, приспособиться к тошноте и найти точку опоры. Вокруг, за береговой линией острова, чьего названия пират не знал, неохотно утихала стихия, а сгустившиеся некоторым временем ранее тучи принимали остаточную форму, что служило поводом для проникновения сквозь их пелену редких лучей солнца. Впрочем, этого было недостаточно для того, чтобы согреться и унять дрожь, а потому Рендон небезосновательно опасался за свою жизнь. В антураже необитаемой земли и глухой отдаленности от цивилизации, пират принял на веру необходимость поиска утерянного где-то в воде мальчишки: магический потенциал последнего прослеживался слишком ярко и очевидно, чтобы Рендон преждевременно постановил о его кончине. И если внутренний голос указывал с трудом ковыляющему моряку верное направление, то уже очень скоро он намеревался воспользоваться дарованиями худощавого салаги. Единственное, что вселяло сомнения в теряющийся в догадках рассудок Хоу, так это то, что паренек вовсе не очевидно имел склонность к чарам целительного назначения.
— Блять, — выругался пират, споткнувшись в очередной раз возле очередного покрытого множеством капель куста, — Пиздюк, — обратился он с легким налетом мольбы в голосе в никуда, — если ты где-то недалеко и валяешься в полуобморочном состоянии, то крикни. Помочь не помогу, но хотя бы закопаю: оно тебе может и не нужно, но, быть может, в будущем ты станешь прекрасным экземпляром захоронения древности. А если в твоих костях сохранится магия, то так и вовсе — станешь грандиозной находкой, — Хоу говорил и серьезно, и шутливо одновременно. В большей степени эти фразы были нацелены на то, чтобы успокоить собственную тревогу и убедиться в том, что способность к мыслительному процессу не утонула, канув в лету, вместе с жизнью и чувством реальности Рендона.

Рейтинг поста: 1

Хватка моряка оказалась куда крепче, чем могло показаться сначала и если в первый момент Збышек боялся, как бы не уронить. Уже через пару мгновений он помогал одноглазому подтянуться вверх. Тому помощь не особо то и была нужна, но вдвоем, благодаря оборотнической силе и магии напитавшей мышцы, беглецы сделали это куда быстрее. Сам рыжий оборотень, как только подсадил капитана и сам выбрался из трюма, правда, только для того, чтобы сразу же попасть под удар стихии. Ветер, напитанный водными брызгами и разбитым в щепу дерева. Мальчишке удалось устоять на месте и не улететь за борт, только потому что он успел схватиться за пояс, стоящего рядом моряка.
Судя по всему, кораблю приходила крышка, во все стороны летели обрывки такелажа, парусной оснастки, экипажа и местами даже обломки самого судна. Упомянутый уже экипаж самозабвенно предавался панике и бегству с корабля. Настолько, что никто даже не обратил внимания на появившуюся на палубе парочку, не до того им было. Сам Збышек в данный момент усиленно тужился, надеясь, что удастся преодолеть, сломать силой магический блок от ошейника и превратиться. Блок сломать не удавалось, так что когда одноглазый ухватился за ошейник, мальчишка оставался мальчишкой, только ещё больше покрасневшим, хотя казалось из-за перца это уже невозможно.
Збыш успел только крякнуть и ухватиться за ошейник, чтобы не давил на шею, как его спутник уже благополучно сиганул за борт. Через мгновение беспокойная морская вода сомкнулась вокруг, смыла раздражающий перечный налет и охладила разгоряченную кожу. Только вот так просто отпускать вода не хотела, сначала рыжий чувствовал, как его продолжают тащить за ошейник в сторону от тонущего корабля. Потом тяга пропала и какое-то время оборотень бултыхался сам, сначала стараясь найти одноглазого, потом снова отчаянно стараясь сменить форму. Непонятно сколько так плескался юнец, в конце концов, даже в его закаленное тело стал пробираться холод, магия развеялась и силы окончательно оставили рыжего.
Прийти в себя оказалось куда более сложной задачей.
Мерный рокот волн навевал на сознание пелену, через которую с трудом смог пробиться голос. Сначала, Збышеку он показался незнакомым, но через несколько мгновений в памяти всплыл трюм и голос звучащий среди огненно красной взвеси. Одноглазый.
Мальчишка не открывая глаз попытался встать. Получилось далеко не с первого раза. Дело даже было не в песке, водорослях и обломках, что волны накидали сверху, а в том, что руки, да и ноги не очень хорошо слушались.
В конце концов, Збышек кое как принял сидячее положение. Мокрые водоросли тут же поползли со спины вниз.
- Магия в костях не сохраняется.
Прохрипел он и попытался разлепить глаза. Уставившись в конце концов на Рендона, он первое время не мог понять что не так. После чего обиженно и немного обвиняюще захрипел:
- У тебя два глаза!
Только после этого он принялся осматриваться вокруг.
Взору рыжего представал небольшой пляж, с одной стороны уходящий в море, с другой скрывавшийся в потрепанной после шторма растительности. Вправо и влево, от песчаной косы, сколько хватало глаз тянулись пенные волны. Либо это был полуостров и земли просто не было видно из-за погоды, либо небольшой островок. Лучше бы конечно первое.

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

10

— Ну ничего себе: срань какая! — театрально развел руками Рендон, очерчивая импульсивным порывом брошенное в его сторону замечание, — Мы тут едва не погибли, сморщившись до размера рудиментарного члена, а тебя беспокоит, что у меня два глаза вместо одного? Ответ пирату не требовался: просто мальчику было необходимо быстро и максимально доходчиво объяснить, что обстановка вокруг диктует собственные правила, а если им и есть о чем переживать, так о потопленном штормом корабле, но никак не о чудотворно появившимся глазе. Мужчина, содействуя напарнику по несчастью, бессмысленно покрутился на месте, приняв в качестве маятника движения необходимость сориентироваться на местности и понять, что им делать дальше. Вариантов было почти столько же, сколько капитаном на самом деле приобретено глаз: ровным счетом нисколько. Живописная картина тропических лесов густыми зелеными зарослями разрисовывала поступающую со всех сторон панораму, заманчиво призывая случайного путника разного рода звуками, издаваемыми, по-видимому, дикими зверями. Пират достаточно быстро приходил в себя и восстанавливал силы, что было следствием не столько опыта попадания в подобные передряги, сколько привычкой личности действовать в унисон намерениям: а сейчас его главным и практически единственным намерением стало выживание, приравненное к освобождению из плена незнакомого острова. Услужливо хлопнув своей о мальчишескую ладонь, мужчина довольно эффективным рывком помог тому подняться на ноги, чтобы тут же продолжить путешествие вдоль берега: требовалось убедиться в том, что полезное наполнение корабля не вынесло вместе с ними на берег и, помимо этого, кого-либо еще, кроме них. Внутреннее убеждение подсказывало Хоу, что в поисках знакомого лица их поприветствует неудача, а назначение этой ничейной земли не столько в спасении утопающих, сколько в удлинении срока их мучительного умерщвления. Оставляя на усиленно влажном песке множественные следы, Рендон перебирал ногами в столь непростительно интенсивном темпе, что уже очень скоро ему пришлось остановиться и постоять на месте, пока паренек сократит дистанцию между ними. Пользуясь этим моментом, сознание пирата выдало на поверхность занимательное воспоминание, правдивость которого должно было подтвердить здесь и сейчас.
— Что это? С требовательной интонацией в голосе моряк указал на извлеченный из кармана перстень с символикой сообщества культистов и взглянул в глаза мальчика, хотя и во взгляде серых глаз не прослеживалась концентрация на собеседнике. Казалось, что капитан смотрит сквозь пленника, погруженный в глубины собственных мыслей и накрывающих размышлений. Вещь, приковавшую внимание пирата, отдали ему в бессрочное владение бывшие пленители юнца, обозначив в качестве пояснения к использованию замысловатого кольца строжайшую осторожность. И хотя Рендон все еще не верил в инфернальные способности стоящего перед ним паренька, предпочитая видеть в том лишь слабую тень колдовского потенциала, спешить с освобождением последнего он также не торопился. Все-таки, если что-то и можно было утверждать наверняка, так это то, что скованный маг может без проблем убежать, если дать ему полную независимость. По этой причине мужчина не стал держать печать на виду более, чем того требовал озвученный вопрос и, убедившись в том, что подросток внял выброшенной на показ информации, поспешил спрятать предмет обратно в карман.
— Не томи, салага, — обратился он вновь к своему замысловатому спутнику, — ты здесь хотел оказаться даже меньше меня и вряд ли рад перспективе общения и дальнейшего взаимодействия с пиратом, чье присутствие в твоей жизни стало сугубо непрошенным стечением обстоятельств: так что если тебе дорога свобода, а эта штука может тебе в том помочь, то лучше скажи это сейчас, — Хоу едва заметно ухмыльнулся, поставив на кон собственных слов правдивость их назначения, — тогда мы сможем заключить соглашение, по достижению условий которого я, так и быть, отдам тебе это кольцо и твое рабство закончится: как надолго — уже решать тебе, — на этой фразе пират развернулся в сторону тропической густоты зелени и побрел вглубь острова, намереваясь найти какое-нибудь временное убежище: над их головами начинали просвечивать звезды, а погода хоть и стихала после развернувшегося бедствия, все еще была неприступно ветряной и холодной. Так что, прежде чем искать пути отступления и посылать сигналы о спасении, им нужно было пережить эту ночь.

Рейтинг поста: 1

11 (2019-09-04 16:36:04 отредактировано Zbigniew Boso)

Отчасти пират был прав, от долгого пребывания в холодной воде всё и правда порядком сморщилось.
Впрочем, отвечать Збышек ничего не стал, а попытался наконец собраться и встать, не без помощи одноглазого. Вышло не очень уверенно, по началу.
- С одним глазом тебе было лучше.
После чего рыжий заковылял за двинувшимся по пляжу моряком. Сейчас, когда действие магии прошло, Збышек чувствовал себя совсем ослабевшим и голодным. Нужно было найти какой-нибудь еды. Поглощенный своими мыслями и шаря глазами по пляжу в поисках хоть чего-то съедобного, оборотень даже не заметил, как отстал от Рендона. С того момента, как рыжий выбрался из под мусора и обломков он уже успел порядочно обсохнуть и теперь коричневая кожа, медленно покрывалась патиной высохшей соли. Несмотря на то, что оборотень старался выглядеть хоть что-нибудь похожее на добычу или припасы с корабля, найти ему ничего не удалось. Видимо от отчаяния, он оторвал лист от какой-то дурнопахнущей бурой водоросли, прополоскал в морской воде и принялся жевать, с видом человека который вот вот помрет.
Вопрос капитана застал мальчишку врасплох, особенно потому что рыжий не заметил, как моряк остановился и ждал его. Правда, стоило ему увидеть перстень, как конопатое от веснушек лицо тут же просияло.
- Это ключ! От ошейника! Он раньше принадлежал Пророку. Освободи меня. Я поем и через день или два мы будем в любом городе. Отвезу в любой какой захочешь.
Впрочем, слова пирата в очередной раз сбили рыжего с толку. Кое-как продравшись через хитросплетения слов, Збышек пояснил.
- Здесь ничем не хуже чем в другом месте долины. Почему мне может не нравиться говорить с тобой? Какое соглашение? Зачем?
Рендон видимо не был настроен на продолжение разговора, потому что развернулся от моря и потопал в заросли, оставив мальчишку в недоумении. Рыжий поспешил было за ним, но только скатился на пузе с бархана и догнав пирата, только когда он уже скрылся в зарослях. В джунглях оборотень чувствовал себя почти, как дома, заметно повеселел и даже отбросил в сторону отвратительную водоросль.
- Кстати, - услышал капитан его голос, - здесь на острове довольно много магии.
Густая растительность тянулась не слишком долго, почти сразу выведя пирата и его спутника к небольшому озерцу, которое питала небольшая речушка. Глаза мальчишки округлились, а рот приоткрылся, будто он увидел дорогой подарок.
- Тут наверняка есть рыба!
Воскликнул он и почти сразу выскочил вперед к воде и устроился на корточках на одной из пальм, что в результате шторма рухнула в воду. Дальше началось настоящее магическое представление. Збыш закрыл глаза. Через пару ударов сердца, из озера поднялась водяная сфера, такая же, что плыла от миски в трюме, всего несколько часов назад. В этот раз в сфере металась довольно крупная рыбина. Сфера доплыла до берега, зависла на мгновение над узкой полоской суши между водой и зарослями. Ещё миг и сфера лопнула, одновременно с этим и мальчишка прыгнул вперед, в полёте ловя рыбу. Одним точным укусом за головными щитками, Збыш прикончил рыбину и уже не торопясь принялся разделывать её. Последнее мальчишка проделывал ловко орудуя небольшим стеклянным ножом, который просто появился из песка и ткнулся в протянутую к земле ладонь мальчика.
- Будешь?
Рыжий протянул Рендону довольно солидный, но не больший, кусок своей добычи. Долю пирата мальчишка положил на камень рядом, сам же не дожидаясь ответа жадно и торопливо принялся за еду.


НРПГ

Находка в обломках чего-то съедобного 95+

Результаты броска: (44) = 44


Знакомые лица с корабля

Результаты броска: (22) = 22


Магический фон на острове

Результаты броска: (88) = 88


Сфера рыболовка

Результаты броска: (80) = 80


Нож

Результаты броска: (62) = 62


http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

12

Все это было странно. Череда событий тянулась за их нестабильным тандемом вереницей незамысловатых недопониманий и замешательства, приспособленного к ситуации строгой разницей в образах жизни. Рендон — одиночка, но глубокой социальной направленности, зависящей от способности действовать не вместе со всеми, а вопреки всему, что считается обыденным и нормальным. Мальчишка же и вовсе — заходил дальше и проникал в те условности существования, перешагнуть черту которых значило совершить путешествие в природные дикость и животную отстраненность. Рендон наблюдал за поведением своего пленника со стороны, улавливая нередкие поползновения магической силы, избавляющей человека от привычных моделей поведения и форм выражения. Порой пирату даже казалось будто паренек и вовсе слегка не в себе и действует таким непривычным образом и такими нестандартными методиками только благодаря тому, что однажды в детстве сильно ударился головой об не податливую поверхность. Вопреки впечатлению и в привычном для себя обыкновении, капитан старательно пытался оправдать резкие прыжки, преисполненные сквозного недоумения взгляды и детскую непосредственность характером судьбы мальчишки. Ему казалось, что, возможно, тот сделался таким одичалым и беспорядочным благодаря тому, что никогда не оставался на одном месте и не имел семьи в положительном ее понимании, подолгу оставаясь предоставленным самому себе. Находясь в постоянной компании одиночества и рискуя умереть ни то от голода, ни то от отсутствия способов бытия, юнец делался зверем настолько, насколько это было возможно в условиях перманентного выживания и недостатка помощи. Этими мыслями был обременен разум Рендона в момент, пока он наблюдал за тем, как заплутавший в поисках пищи парнишка полоскал какую-то сомнительного вида растительность в не менее сомнительного вида пене, заполненной аналогичным лиственным материалом. Море после шторма — это суп самого густого содержания и исключительно отвратительного вида. Ко всему прочему, морская соль не самым удобным и аппетитным образом подходила для того, чтобы усилить как вкусовые, так и гигиенические качества пищи, хотя парню, по-видимому, было все равно.
— Я — твой пленитель, — без должной уверенности заметил Рендон, вопросительно поглядывая на рыжие патлы, — забыл? Или ты со всеми, кто не стремится улучшить твое существование, а скорее наоборот, любезничаешь и радуешься оказии непринужденной беседы? Не требуя ответа на вопрос и не ожидая, что мальчик способен испугаться мыслью о том, что ошейник так и останется на его хрупкой шее на долгие годы, моряк побрел вглубь острова. Среди тоннелей тропической растительности и влажной от прошедшего дождя почвы селились множественными отзвуками первозданного естества сотни насекомых и маленьких зверьков, пронырливых и быстрых в реакции на передвижения посторонних. Едва не проваливаясь сапогами в вязкую землю и жадно выругавшись после каждой попытки полупесочной поверхности стать единственным обладателем кожаной обуви, Рендон со своим неуклюжим товарищем по несчастью добрался до живописного речного устья. Ореол распространения водной поверхности был достаточно обширным и самобытным для того, чтобы сей дивный водный источник можно было назвать рыболовецкими угодьями, что не только сыграло им обоим на руку, но еще и продиктовало соблазнительную возможность обустройства лагеря именно вблизи оного. К одновременному счастью и сожалению Хоу, мальчик продолжил буйство прямолинейных животных позывов и сразу же бросился в воду на поиски пропитания. Сказать, что в наглядности разворачивающегося перед ним представления Рендон познал скептическую впечатлительность и надломленное восхищение — значило упустить из виду один важный фактор в сем комплексе ощущений: в бесконтрольной спонтанности действий рыжеволосого бедолаги раскрывалась не обремененная целью существования натура. Казалось, что мальчик совсем не беспокоился о произошедшем и, если и волновался, то прятал страх так глубоко и глухо в себе, что можно было постановить, будто его и нет вовсе. А это в свою очередь означало, что не юнец пребывал в плену обстоятельств, а Рендон рисковал скоропостижно сойти с ума в компании столь бесноватого и стихийного существа, которое, если не вдаваться в подробности размышлений, навевало воспоминания о детстве. Вспоминать отрочество Хоу совсем не хотелось и потому он, преисполненный сочувствия к удалому рыболову и волшебнику бытовых умений, поплелся собирать хворост и все, что было необходимо для кострища: судя по пережитому ими погодному явлению и общему пасмурно-влажному окружению, ночь предстояла холодная и суровая.
— Буду, — ответил пират безрадостно и, не испытывая чувства благодарности, посмотрел на юношу с расстояния, разделенного несколькими рядами пальм и кустов, — только добавь огня: я чуть более привередливый в еде, нежели ты, — выказав вполне себе очевидное желание, пират и не надеялся на то, что сосед по берегу обладает способностями не только к магии, завязанной на воде, — как тебя звать? И из каких пещер ты вообще вылез, что у тебя жизнь, словно калейдоскоп из брошенных в азартном пари костей? Неделю назад ты — пленник фанатиков, день назад — их же устрашитель и главный ночной кошмар, час назад — живой товар на моем корабле, а теперь ты кто? Обезьяна с претензией на колдовской потенциал и искусство нежного обращения с рыбой? Рендон мог выражаться грубо, однако интерес его трактовался сухим прагматизмом и чуть менее хладнокровным любопытством, которые служили не только важными инструментами в познании других людей со стороны мужчины, но еще и услужливым средством к продолжению диалога. Ему самому казалось забавным, что способности мелкого к материализации острых предметов нисколько не настораживают и не устрашают: с другим пленником, обыкновенным салагой, еще не до конца потерявшим надежду на выживание, капитан вел бы себя совершенно иначе. А с этим представителем редкой фауны любое взаимодействие давалось легко и непринужденно, хотя и максимально непривычным томлением отдавался едва слышимый ритм сердца: у Хоу создавалось впечатление, будто остров замирает вместе с ними и оживает также резко, и также стремительно, как неожиданно и громко слышится крик случайной птицы, приносимый отголосками эха из глубин леса.
— Ты здесь чувствуешь себя на своем месте, да? В целом Рендон уже пришел к интересующему его выводу на данном этапе узнавания, однако из какой-то безосновательной вежливости решил дать парню возможность подтвердить невысказанные еще предположения самостоятельно. Умело и аккуратно раскладывая деревяшки в фигуру, напоминающую колодец, пират создавал нагромождение легковоспламеняемых предметов в объеме и количестве, достаточных для того, чтобы костер можно было поддерживать до рассвета. Сложность была только в добыче огня — задаче, которой пират не стал себя обременять, полагаясь на то, что его напарник по жилищным условиям тоже сумеет сообразить что-нибудь дельное, помимо еды. Кроме того, требовалось еще организовать какой-никакой навес и место для ночлега: открытое небо, а в особенности небо в столь диковинном месте, являло собой весьма вдохновляющее полотно звездных узоров, однако в столь неблагоприятные для общей концепции проживания моменты Хоу предпочитал отказываться от натуры романтика и действовать из соображений защиты от заболеваний и напастей схожего толка. И, все же, какая-то глубинная интуиция подсказывала капитану, что с этим островом что-то не так. Настолько навязчиво и неугасимо въелось сие постороннее ощущение, что засыпать не хотелось вовсе. Ни сейчас, ни потом.

Рейтинг поста: 1

13 (2019-09-23 17:35:02 отредактировано Zbigniew Boso)

Хм… Просьба пирата была вполне предсказуемой, Збышек частенько забывал, что городские люди предпочитали обработать еду перед тем как есть. Впрочем, в обработанной пище тоже была своя прелесть, стоит признать, от обилия времени, городские много чего придумали на эту тему. Пока пират бродил по окрестным зарослям в поисках куска древесины достаточного чтобы развести костер и достаточно сухого, чтобы иметь возможность гореть, мальчишка в полной мере придался рыбной ловле. Правда, после первого порыва, продолжил он уже без применения магии, а просто обточив длинную палку и уже используя её как острогу. 
К тому моменту как Рендон вернулся на их полянку со своими находками и берега насаженные на палочки висело несколько выпотрошенных рыбин. Нельзя сказать что они были какие-то особенно крупные или упитанные, скорее они отличались крупной яркой чешуей и собственным наличием. В основном рыба была пока сырой, но пара тушек отличалась румяной корочкой и ароматным запахом жаренного. При этом следов какого-то огня вокруг не было.
Одну такую рыбину Збышек и взял себе.
- Звать? Збышек - мальчишка на секунду задумался, потом ухмыльнулся. - Из пещер фанатиков. Ты знаешь. Почему с притензией? Ну и насчет твоего вопроса на пляже. Я не забыл, ты можешь меня считать своим пленителем, владельцем, как хочешь, это не важно. Потому что это не так. Я не любезничаю, а вполне радуюсь, потому что мы выжили и не одни. Ошейник, только временная помеха, когда я восстановлю силы я от него избавлюсь рано или поздно, так или иначе. И не из таких передряг выбирался. Пусть он пока он ослабляет меня, но это не значит что я не смогу постоять за себя или выжить.
За разговором, рыжий плюхнулся грязным задом на ближайший камень и принялся уплетать поджаренную рыбку, не менее охотно чем совсем недавно сырую. Даже несмотря на то, что путники устроились за полосой зелени, чувствовалось как со штормового моря тянет прохладой и сыростью. Мальчишка, несмотря на одеяние из одного зачарованного ошейника, казалось не ощущал этого. Хотя если судить по загорелой коже, давно загрубевшей от солнца и дождя, выгоревшим волосам, рыжий был давно привычен к такому. Да и вообще, во многих его движениях и действиях сквозило что-то звериное.
Вообще, Збышек и правда редко задумывался о своей жизни, просто жил, чаще всего просто в лесу, вдали от людей, но иногда всё же вынужденный с ними сотрудничать. Потому сейчас, когда одноглазый спросил его об этом, Збышеку потребовалось куда больше времени чтобы собрать мысли.
- Я это я. Да, на своем. Дикая природа, какая бы она не была, это моё место. Тут я дома. Да.
Тем временем небо постепенно темнело, за едой и разговором становилось прохладнее, а заросли наполнялись загадочной возней и криками. Дрова сложенные пиратом, весело потрескивали, свежие ветки падавшие в пламя, шипели и искрили некоторое время, а потом занимались, как и остальные. Не факт, что пережившим кораблекрушение удалось бы вообще развести костер без магии, слишком уж было сыро.
Збышек широко зевнул. Некоторое время он молча ковырялся палочкой в костре, то и дело поглядывая на Рендона.
- Ты мерзнешь?
Не то спросил, не то подчеркнул факт оборотень. Его этот вопрос беспокоил не очень сильно, ему уже приходилось даже спать на снегу, горожане же в этом вопросе были более уязвимы.
- Я устал и хочу спать. Я могу сделать магией убежище, но маленькое. Сможем спать оба. Я не вижу смысла, как-то дежурить, потому что ты не доверяешь мне. Можем устроиться по отдельности, но боюсь это будет плохо для тебя.
Збышек замолчал, сосредоточился. Несмотря на то, что мальчишка сидел неподвижно, мышцы тощего тела напряглись, а под кожей проступили вены, как от тяжелой работы. Постепенно, каменный пляж вокруг рыжего разгладился. Постепенно образовалась небольшое углубление, а потом из под земли поднялась каменная стенка, которая нависла над “ложем” будто застывшая волна. В итоге, конструкция напоминала причудливую раковину, какого-то странного моллюска. Рыжий забрался под волну и та опустилась, полностью закрыв его от внешнего мира. Осталось только несколько щелей и отверстий для дыхания. Раковина тут же открылась и мальчишка выбрался обратно, усевшись рядом.
- Я не хочу тебе зла. Ты освободишь меня, я считаю это достаточной платой за твоё высвобождение с этих земель. Если ты сомневаешься, поднимемся завтра на гору и увидим, что другого пути отсюда нет.
Где-то вдалеке, за лесом раздался протяжный длинный крик, судя по звуку, издало его какое-то немаленькое животное.

НРПГ

жарить рыбу и костер

Результаты броска: (42) = 42

Результаты броска: (50) = 50

Результаты броска: (18) = 18


люлька на ночь

Результаты броска: (6) = 6


Результаты броска: (9+9+2) = 20


Пока заклинатель спит, светящиеся мотыльки вьются вокруг его тела

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

14

— То есть от меня ты угрозы не ощущаешь? Задав скорее саркастический, нежели обремененный идей прямого смысла вопрос, Рендон устало вздохнул. Ему становилось скучно. Не в том аспекте, что посреди непаханого поля усилий по выживанию на необитаемом острове было нечем себя занять, а в том исключительно субъективном направлении, которое диктовалось, усложненное необходимостью реагирования, общением с ребенком. И дело бы шло гораздо быстрее, если бы этот самый конкретный ребенок был среднестатистическим и типичным примером наивности и тщедушия, но, вместо того, пирату приходилось влачить свое существование в компании человекоподобного зверя. Со стороны казалось, что рыжеволосого мальчугана невозможно напугать сторонним вмешательством, а ухищрения манипуляционного характера не работают в его отношении из-за примитивного отсутствия каких-либо ожиданий и страхов перед их возможным разрушением. Вопреки уникальным способностям Хоу к ведению диалога и построению взаимоотношений различных форм и проявлений, в полушарии взаимодействия с этим пареньком он испытывал тотальное бессилие и слабость, какие возникают при нарастающем чувстве апатии. Открытым вопросом оставалось лишь установление знания рыжего на предмет собственного навыка по обесцениванию желания жизни встреченного им моряка. Если мальчишка знал, что является энергетическим вампиром и пользовался этим, то Рендон, сам того не ведая, оказался в отчаянном положении: из тех условностей, в которых они оказались, возможно, не случайно, прозрачным намеком зияла перспектива остаться выпитым до самого дна. Впрочем, подавив навязчивое желание лечь и ничего не делать ни сейчас, ни когда-либо еще, капитан оставил свои попытки понять раба и устроился поудобнее на импровизированном настиле из веток и листвы. Желудок страстно симфонировал в ярчайшем приступе голода и потому терпеть картину соблазнительно прожаренной рыбы для Рендона стало смерти подобно. Жадно сорвав прелестное на вид мясо и разламывая некогда подвижный хребет пополам, мужчина без лишнего фарса и стеснения впился зубами в приготовленный товарищем по несчастью ужин. В подобных обстоятельствах и в выбранной против воли компании ему становилось плевать на манеры, и потому уже в следующие мгновения Збышек мог наслаждаться мелодией смачного чавканья и треска маленьких косточек, умело и виртуозно извлекаемых Рендоном из пространства между собственными зубами. В открывшемся окне времени, которое пират был увлечен поеданием пищи и восстановлением сил, юноша удачно улучил момент, чтобы начать говорить о доверии и том, что оно должно значить для тех, кто не успел испытать друг друга проверкой на прочность знакомства. Не учел он лишь одно недвусмысленное обстоятельство: он слишком плохо знал Рендона, чтобы научиться чувствовать его в моменты сомнений и моменты уверенности. Если с манипуляцией кудесником волшебных адаптаций у него и возникали сложности, то они совсем не возникали с тем, чтобы контролировать самого себя: пират не был напуган совсем и вообще. На интуитивном уровне ощущая разрешимость нетривиальной ситуации с затопленным кораблем и вынужденной вылазкой на берег незнакомой земли, Хоу на каком-то подсознательном веянии отдавал себе отчет в том, что выбраться отсюда он сумеет не без помощи Збышека, а коль уж этот лиходейский маг-самоучка все еще оставался подле него, не выказывая хотение к побегу, значит и сам моряк был на верном пути.
— Ты ошибаешься, если считаешь, что я тебе не доверяю, — отозвался Рендон чуть позже, когда покончил с едой и откинулся на спину, довольный возможностью на несколько часов окунуться безмятежную пленительность природного очарования, — А если бы даже и не доверял, то не стал бы дежурить: у тебя была уже уйма возможностей мне насолить и если ты, при всей твоей способности к магии и физической прыти, все еще ими не воспользовался, то ты либо дебил, либо вполне себе неплохой парень, — на несколько секунд Хоу будто задумался над сказанным и замолчал, чтобы после снова продолжить установленную мысль, — одно, конечно, не исключает другое, но смысл такой, что твое присутствие меня не напрягает, — признался мужчина, наскоро приложив ладонь ко лбу, — нет, ты конечно бесишь, но не настолько, чтобы мне хотелось от тебя избавиться и не настолько, чтобы я чувствовал в тебе какую-то угрозу, — развернувшись на бок и подперев голову рукой, пират внимательно изучал телесные метаморфозы ребенка с последующим превращением локальной части ландшафта в нечто напоминающее убежище краба-отшельника, — Ну ты погляди: может мы твоими усилиями здесь еще и хозяйство организуем с претензией на усадебное поместье и место популярное среди мореплавателей? Глядишь и денег заработаем, да и сдружимся, что есть мочи, - восклицательно приподнятая бровь то ли подчеркивала игру слов, то ли символизировала резкое повышение тонуса настроения, перемешанного с желанием пошутить, — работу по привлечению клиентуры, посетителей и все оформительские, рекламные работы готов взять на себя. Что скажешь? Конечно же, послание капитана было шуткой, которую, если капнуть глубже, можно было легко вывернуть в реальное коммерческое предложение, однако то была не издевка и не унизительное опустошение ценности произведенных Збышом усилий: просто именно таким образом моряк выражал свою благодарность. А состав и причина этой благодарности заключалась в том, что охоты строить крепкое и долговременное убежище у него не было, а комфорта и прикрытия от намечающегося дождя все же хотелось. Сначала с легкой толикой недоверия, а после с нарастающим любопытством оценив взглядом нерукотворно возведенное собеседником сооружение, Рендон лениво поплелся по направлению к волнообразному входу. Оказавшись внутри примечательной каменной трубы, пират застал Збышека очарованным сухостью и удобством, из-за которых стремление паренька заснуть приравнивалось к максимальному. Хоу и сам не старался обезоружить сонливость, из-за чего уже очень скоро погрузился в состояние полудремы, не отказав себе, однако, в использовании оказии задать мучающий его вопрос.
— И чем ты обычно занимаешься, если не попадаешь в подобные передряги? Меня вывести из диких условий — это, естественно, хорошо и благородно, но куда ты сам после этого собрался податься? Медлительно, почти шепотом выговаривая слова, пират, сознательно извлек из кармана печатку со знаменем оккультистов и при помощи натяжного усилия двух пальцев подкатил ту в сторону мальчика. Говорить он, при этом, ничего не стал: если дикарь был достаточно сообразителен, чтобы не видеть в Рендоне врага, то он мог быть и достаточно проницательным, чтобы суметь представить его в качестве друга. Не приглашая никого в собственные мысли и ощущения, пират скоропостижно заснул. Сон его, впрочем, был не особо долгим, так как через несколько часов сквозной шифр подсознания начал вещать сквозь сон о переменной качке и злодейском громком дыхании, которое, как сначала показалось пирату, принадлежало Збышеку. Не открывая глаз, мужчина почти без усилий, ткнул отрока каблуком в ногу, намереваясь сигнализировать тому о превышении допустимого уровня громкости. Именно благодаря этому незадачливому движению Рендон и осознал собственную ошибку, ведь физического контакта не случилось, а подошва сапога столкнулась с бесформенным ничем. Приоткрывая глаза в узком прищуре, моряк оглядел пространство каменной комнаты, где среди магически ограненных округлостей метался из стороны в сторону сопящий в обе ноздри рыжеволосый доходяга, чьей способности видеть сны можно было только лишь позавидовать.
— Сука, — выругался Рендон почти бесшумно, — хоть бы во сне перестал колдовать, — возмущенно сетуя, он поднялся на четвереньки, чтобы выйти вон из убежища и освежиться, однако, не смог этого сделать по причине уж слишком сильно возросшего расстояния между самодельной постройкой и земной поверхностью, — мать твою, — с усиливающимся недоумением разглядывая перемещающиеся в такт качке деревья, Хоу не без основания заключил, что их, вместе с убежищем, похитило нечто огромное и жутко вонючее.
— Пиздюк, — прошептал он с категоричными нотками в голосе и стал расталкивать удивительно бдительного мага с целью скорейшего отрезвления, — мало было судьбинушке моего корабля, так она еще и по гребню волны твой домик прокатила: иди погляди и разнести этого исполина словами, какие обычно употребляют особо недовольные граждане в моменты, когда кто-то посторонний посягает на их частную собственность.

Рейтинг поста: 1

15 (2019-10-16 23:12:15 отредактировано Zbigniew Boso)

— То есть от меня ты угрозы не ощущаешь?
На вопрос пирата, рыжий только отрицательно помахал головой. Единственное, чего он не понял, так чего поскучнел и сник его собеседник. Впрочем, длилось это ровно до того момента, как по поляне пополз аромат жаренной рыбы, учуяв его “одноглазый” явно ободрился и накинулся на еду. От этого зрелища Збышек не смог удержаться от улыбки. Радовало не отсутствие манер, мальчишка и сам или не блистал и после еды просто вытер руки о грязные бедра, а энергичность поглощения.
Когда с едой было покончено, снова потянулся вялый разговор. Логика в словах мужчины определенно было, правда, дебилом рыжий себя не считал. Последнее мало кто делал искренне.
Пока одноглазый говорил, мальчишка занялся созданием убежища.
К концу процессе на его загорелом лице снова играла улыбка, причем сразу по двум причинам. Первое, это признание Рендона, что он его бесил, второе это восхищение от сотворенного.
Единственное, планы пирата были слишком обширны для возможностей рыжего чародея.
- Не получится. Это почти весь объем, который я могу изменить.
Получившаяся ракушка и правда не особо впечатляла размерами, если сравнивать её с домом. Внутри пространства было только для сна, а встать максимум на четвереньки, а будь Збышек крупнее телом, то и вовсе для двоих могло оказаться тесновато.
- Сдружимся, да. Но не вижу смысла тут сидеть. Ты меня освободишь и улетим отсюда. А там посмотрим, бизнес не бизнес. Может ты мне заплатишь за спасение, а может я пойду к тебе матросом, пока не отработаю, что ты на сделке потерял. Хотя насчет последнего не знаю, нужны ли матросы тому у кого корабля нет.
Внутри ракушка оказалась не такой уж и твердой, чего можно было ожидать от камня. Несмотря на то, что внутри ракушка была из гладкого камня, мальчишка видимо просто из озорства, сделал его похожим на перламутр, когда пират и его спутник улеглись, камень легко поддался под телами, принимая их форму, и вновь стал твердым, только когда рыжий задремал.
- Занимаюсь?
Сонно пробормотал Збышек.
- Да ничем. Брожу. Пытаюсь попасть домой. Каждый раз вляпываюсь во что-то. Лет десять назад, думал доплыть на корабле до дома, тоже попал на остров. Только с Лиаррой. С ней было классно. Ты будешь смеяться, но лет десять назад, я был на пять лет старше чем сейчас. А так делаю всякое. Руины ищу, культистов убиваю. Просто живу в лесу. Я хочу домой, но не могу.
Несмотря на невозмутимость и какую-то непробиваемость странного пацана, вот именно сейчас казалось, что он вот вот расплачется.
- Можешь мне не верить, я пытаюсь попасть домой уже больше пятнадцати лет. И в последнее время делаю это просто потому что привык. Или уже не делаю. Не знаю. Не спрашивай меня.
Перстень Збышек, поглощенный своими переживаниями, заметил не сразу. Только когда холодный металл ткнулся в бедро, он на миг замер, увидел перстень, потом вскочил, стукнулся головой и лопатками о низкий потолок, схватил печатку и сердито сопя принялся вертеть ошейник, ища замок. Когда рифленая поверхность перстня прикоснулась к замку, металлический обруч тут же распался на две половинки, которые мальчишка тут же выбросил наружу и повалился на пол.
- Ну всё, завтра я тебе такое покажу!
Что именно рыжий собирался показать он не уточнил, просто потому что провалился в сон, заснув почти моментально.
Стало тихо.
Только какие-то странные мотыльки, будто бы сотканные из света кружились вокруг спящего. Последнее было немного странно, потому что когда Збыш залез в ракушку, он почти полностью закрыл её створки, оставив только узкую щель.

На пинок Збыш отреагировал только невнятным мычанием сквозь сон, но ничего не превратил. Метаться в тесном помещении было особо негде, так что обоих жителей домика только периодически стукало то о гладкие стенки, то друг о друга. Впрочем, не сильно, ввиду отсутствия места для разгону. Светящиеся мотыльки куда-то пропали.
После всего пережитого, просыпался Збышек неохотно.
- Какой волны? Не знаю чего они там говорят. Я в городах был меньше, чем ты на суше.
С трудом приходя в себя проворчал мальчишка. Впрочем, тряска оставалась фактом. Збышек попытался выглянуть наружу, но увидел не больше чем до него Рендон.
- Так. Подожди меня здесь, а я посмотрю снаружи что происходит.
Рыжий скорее всего сам не понимал, насколько иронична была его фраза, поскольку без помощи мага земли, протиснуться наружу Рендон бы врят ли смог, да и если четно, в щель между створками раковины не пролез бы даже сам Збыш. Мальчишка закрыл глаза и сосредоточился, после чего его обнаженная тушка стала стремительно уменьшаться и искажаться. Меньше чем через минуту, перед пиратом сидела маленькая птичка с пестрым оперением, похожая на оживший цветок. Виллин чирикнул и выскользнул в щель, оставив Рендона в одиночестве.
Птички не было несколько долгих минут.
В принципе, ничто не мешало оборотню улететь сейчас по своим делам. Когда казалось, что рыжий уже точно не вернется, вилин протиснулся в щель раковины и скатился в углубление оставшееся от тела мальчишки. Через мгновение, птичка начала увеличиваться в размерах, пока Збыш не принял свой нормальный облик.
- Хм… Там здоровенный мужик. Толстый и ростом, как мачта у твоего корабля. Он несет нас к горе.
На конопатом лице рыжего читалась какая-то странная растерянность, когда он смотрел на Рендона. Для Збышека улететь сейчас не составило бы особой проблемы, с пиратом же было сложнее.
- Я могу сделать дырку, чтобы ты пролез, но он держит нас в руке, сразу почувствует что мы куда-то делись.

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

16 (2019-11-21 19:03:20 отредактировано Rendon Howe)

Рендону не впервые приходилось оставаться без корабля, однако столь бессмысленный и неравноценный размен пиратский капитан совершил впервые. И хотя интуиция на уровне подсознания подсказывала ему, что в происходящих событиях есть смысл, а капитан остается капитаном в любой ситуации, ему все равно претили до состояния навязчивого раздражения неосторожные слова паренька. Отразилось это во вполне прозрачном намерении придушить держателя хрупкого костлявого тела, которое Хоу удержал в себе благодаря яростному напряжению желваков и пристальному взгляду, ставшему наградой для мальчика в недолгий временной промежуток, отведенный для сна. Коротким отдых оказался благодаря внешнему раздражителю, искажающему решительные потуги неоднородного дуэта хоть немного отдохнуть. За метаморфозами с перевоплощением Рендон наблюдал с исключительным вниманием и даже заворожением, так как искренне и вполне открыто любил все, что отличается от привычного. Будучи работорговцем, моряк по своей натуре являлся расистом, который вопреки привычному убеждению одинакового сильно занижал достоинства представителей каждой из рас: в том числе человеческой, своей собственной. Тем не менее, с оборотнями ему доводилось встречаться настолько редко, насколько это вообще было возможно при его образе жизни и мании к постоянному путешествованию. Исходя из этого условия, в ситуации спонтанного наблюдения за демонстрацией главной особенности оборотней, Хоу оставался безмолвным наедине с собственным впечатлением. Его отношение к мальчику благодаря столь наглядной картине трансформации совсем не ухудшилось. Скорее даже наоборот. Однако, в последнем мужчина признаться самому себе не торопился. Пока организованное им не самостоятельно одиночество перерастало в затянувшийся акт усиленного отшельничества, Хоу привлек свои мыслительные механизмы вовсе не для того, чтобы разобраться в обстановке, не для того, чтобы катализировать переживание и беспокойство из-за отсутствия бывшего пленника, которому он по неведомым обстоятельствам доверился, а для того, чтобы проанализировать и выверено отметить в памяти слова последнего о доме. И временной петле, которая мешает пареньку вернуться в родные земли. Сам Рендон мало представлял себе, что значит вернуться домой и еще меньше сопереживал в желании это сделать, ведь собственный дом он покинул настолько давно, еще будучи юношей, что теперь не мог представить себя как часть того мира, которым он некогда для него являлся. Корабль, пусть даже утопленный на морском дне, давно успел стать ему домом, а команда, подобранная благодаря тщательному отбору, заменила семью, сделав Рендона человеком, которым он представляется на настоящий момент. Человеком, который не оглядывается назад, окунаясь в прошлое и сожалея о настоящем. Тем не менее, назвать Хоу бесчувственным значило бы сильно и губительно ошибиться, ведь развитая им самостоятельно способность к обоснованию человеческих слов и поступков непреднамеренно взрастила в нем недюжий навык эмпатии. В синтезе с пытливым умом и присущим на постоянной основе духом авантюризма, и жаждой приключений, он сделался нравственным стержнем, провоцирующим Хоу если не на помощь другим, то хотя бы на пристальное и непосредственное участие в изучении их дилеммы. Как бы то ни было, а слишком много времени на размышления и сублимацию впечатлений у него не было, ведь изящная птица, которой обернулся Збышек совсем недавно, вернулась, присовокупив уникальное наблюдение капитана скорым его повторением. Вести, принесенные мальчиком, казались малопонятными и по общему интонированию голоса и смысловому облику жестов должны были вселять тревогу, но отчего-то у пирата совершенно отключилась область чувствования, отвечающая за страх и переживание. Оборотень, с учетом возможного — если в случае со Збышом о нем вообще можно было говорить — самоконтроля, также не выглядел излишне переоценивающим событие. Как и ранее, внешний вид и фразы, выбираемые пацаном для описания не прогнозируемых явлений, казались моряку беспочвенно забавными и необычными, отчего сдержать смешливую улыбку и спонтанный комментарий становилось непростительно сложной задачей. Впрочем, сдерживаться Рендону вовсе и не хотелось, тем паче, что некий здоровенный мужик, выбрав в качестве ориентира для путешествия гору, занимательно интриговал своим поведением.
— Ты это хотел показать мне завтра? Тут же среагировал Рендон, ловко вывернувшись, чтобы поглядеть на исполинского гуманоида сквозь единственную щель в созданном Збышеком помещении, — Призвал огра? Или что это вообще за “детина”? Если считаешь, что это смешно, то да — выглядит он диковинно и нетривиально, но пахнет даже хуже, чем мы с тобой, а потому давай уже — наколдуй дверь вместо этой дыры и, дно морское, попутного ветра твоим крылышкам — скорость тебе понадобится, — на сем указании пират сделался необычайно решительным и серьезным, чему способствовала обнаженная в темноте рапира. Клинок из диковинного материала тут же засиял калейдоскопом цветных камней, драгоценная значимость которых не требовала пояснений. От металла исходила некая непроницаемая аура, чье мистическое и явно волшебное происхождение отдавали внушительным отблеском древности.
— Полагаю, что, несмотря на размеры, боль он чувствует также, как и все остальные, — капитан в последний раз взглянул на своего импровизированного компаньона, поделившись с тем своими намерениями невербально, — а, помнится мне, игла под ногтем является весьма эффективным раздражителем. Только потом не теряйся слишком далеко и постарайся его отвлечь: на суше я не такой резвый, как ты.

Рейтинг поста: 0

17

Збыш был необычайно рад снова обрести возможность менять форму. Последнюю неделю, что он провел с ошейником на шее, и ему казалось, что у него отняли часть конечностей. Всё это время казалось, что он лишен, как минимум половины своих сил, так что после снятия ошейника рыжему оборотню постоянно хотелось во что-то превратиться. Так что возможность слетать на разведку была просто как мана небесная.
Мальчишка выпорхнул наружу и сразу отлетел подальше и дал волю крыльям.
Впрочем, вспомнив через некоторое время о их проблеме, торопливо вернулся обратно и заложив несколько кругов вокруг великана, устремился обратно в ракушку. Где уже превратился обратно в человека, надо сказать не без сожаления, и поведал о увиденном своему товарищу по несчастью.
Впрочем, веселость одноглазого показалась ему несколько странной, ситуация к этому не очень располагала.
Потому на вопрос Рендона он совершенно серьезно пояснил.
- Нет. Я не умею призывать огров. Да и не огр это.
Замечание же про запах и вовсе окончательно сбило мальчишку с толку и он принялся обнюхивать себя, проявив при этом недюжинную гибкость.
План дальнейших действий был более менее понятен. Збышек опасливо покосился на блеснувшую в темноте шпагу. Опасаться и правда было чего, в тесноте ракушке острый металл был слишком близко к обоим телам, а вздумай великан тряхнуть рукой порезаться самим и сломать оружие было вообще плевым делом.
Мальчишка протиснулся в центр раковины.
- Есть небольшая идейка. Держи эту штуку получше. Сейчас тряхнёт.
После чего рыжий уперся руками и ногами в каменные пол-потолок и сосредоточился.
Снаружи и правда, что-то взревело и раковина затряслась. Жители ракушки, ощутили на несколько мгновений будто весь их вес куда-то испарился, потолок резко надавил сверху. Благодаря магии оборотня внутренности ракушки довольно быстро превратились в мягкую глину и обволокли обоих своих обитателей. Збыш видел с какой высоты им предстояло упасть и решил подготовиться. Через мгновение тряхнуло, Убежище раскололось надвое и оборотень тут же рванул в заросли сверкая перепачканными в глине пятками. Ракушка теперь же напоминала расколотый каштан, снаружи её усеяли длинные и острые шипы.
Рядом, высился здоровенный детина. Выглядел он странно, ростом почти в пять Рендонов, коренастый, пузатый, мордатый. Грива и борода давно не чёсаны, а выражение лица… По детски недоумевающее и испуганное. Оружия при нем какого-либо видно не было, да и одежду таковой было назвать тяжело, какие-то паруса намотанные на тело в доступном количестве. Казалось, что мужик, баюкающий пораненную руку, вот вот заревет. Он всё время бубнил “Плохая ракушка. Больно. Рука бо-бо”.
Впрочем, стоило ему увидеть Рендона, как выражение лица тут же изменилось. От слез не осталось и следа, а рожа стала удивленно любопытствующей.
- Ой. А ты кто? Откуда взялся! Тебя не было!
Забасил он. Великан чего-то смутился, начал осматриваться по сторонам.
- Ким опять сломал…
Мужик явно был чем-то расстроен.
Только вот напасть или продолжить разговор он не успел. Из зарослей в воздух буквально выстрелило чем-то крупным и рыжим. Нечто зависло в воздухе на долю мгновения и стало видно, что это молодой грифон с ярким медным оперением. Грифон воинственно заклекотал и бросился на великана кружась у него над головой и норовя клюнуть в лицо или зацепить когтями.
Мужик тут же заныл и неуклюже принялся отмахиваться своими ручищами.

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1

18

Понять картину происходящего с наскока у Рендона так и не вышло. Вместо того, чтобы придерживаться спонтанно намеченного плана и отвлекать незваного исполина, юнец принялся практиковать магию, чье назначение в данный момент ставилось под сомнение увесисто неприятным нюансом: в зоне прямого ее поражения находились и Рендон, и сам мальчишка. Спорить и протестовать банально не было времени, а потому пирату пришлось уже в который раз довериться бессменном лидеру процессии абсурда и апогея организованности, дабы в самом неприятном соотношении высоты и массы тела упасть на землю. На земле же, вместо того, чтобы сразу же приняться бежать, моряку пришлось потратить непростительно долгие усилия, дабы отделаться от навязчивой и липкой глины. Но самым удручающим и беспробудно бессмысленным в сформированном мероприятии покорения дикой природы явилось то обстоятельство, что казавшийся по воле предубеждения гигант вовсе не испытывал агрессивных побуждений. Напротив, судя по ребяческой и неловкой реакции, которую пирату пришлось наблюдать уже после того, как он сумел отряхнуться и встать на ноги, тот вовсе не знал об их присутствии, а прямым объектом любопытства великана оказалась искусственно сотворенная пареньком раковина. И все описанное выше представление по ухудшению упорядоченного и осмысленного положения могло бы на том и закончиться, если бы не появление стремительного Нечто, что в горделивом размахе золотистых крыльев приняло на себя роль блюстителя правопорядка, либо личной вендетты, объявленной не в пользу и без того удрученного ситуацией громилы. Вмешиваться в учиненную с ровного места дуэль у Рендона не было никакого желания и не только потому, что он не понимал целей и мотивов каждого из “сражающихся”, но еще и примитивно потому, что не в его габаритах было вообще тем что-либо противопоставить. Бежать подальше от их внимания, впрочем, мужчина также не собирался и причиной тому было приземленное отсутствие опыта о том, как правильно действовать в подобных условиях. Все-таки не каждый день на твоих глазах здоровенная птица принимается в буквальном смысле клевать мозги не менее здоровенном детине. В определенном смысле, Рендон даже испытывал интерес на уровне драйва от накала развернувшихся страстей и потому, как и любой пират, считал своим неотъемлемым долгом узаконить права на решающий поединок с победителем сей неравной битвы. Мотив, конечно же, крылся не в желании испытать себя на ратном поприще и дать себе нетривиальную оценку, как воина, но в том, что ослабленного и раненого врага было гораздо легче использовать в своих целях. И если гигант не казался кладезем знаний и ценностей материального толка, то вот изящного вида птица в качестве трофея могла преждевременно обыграть событие, если не по возврату, то хотя бы по частичному ремонту потерянного корабля. Кроме того, если же великан все же был способен на большую изобретательность, чем просто махать руками в разные стороны, то Хоу, в конце-концов, мог бы попытаться разговорить того и выяснить, где же они все-таки находятся и есть ли на острове иные цивилизованные формы жизни. Скорую смену ритма происходящего знаменовало пришедшее чуть погодя осознание: мальчика нигде не было видно и если Рендон не перестал быть собой, то чутье весьма верно и удачливо подыгрывало, обращая внимание моряка на некоторые удивительно приметные сходства во внешнем облике птицы и бывшего пленника. Рыжий окрас оперения и общая худощавость, на стыке с фактурной взъерошенностью и каким-то по-особенному неряшливым видом, сигнализировали о нескладно фартовом появлении крылатого создания. Молниеносно проанализировав прошлые наблюдения и по-приятному складно сложив их в единое целое, капитан пришел к выводу, который напрашивался уже давно: пацан умел становиться не только хрупкой и с виду бесполезной пташкой, но еще и вполне себе дивным и маститым зверем, старания которого моряк как раз и имел удовольствие наблюдать.
— Сука, — выругался пират, не имея в виду ничего плохого, — гребанный же ты сосунок, пиздюк, — словно бы подмечая собственные мысли, Хоу выставил руки в бока и покосился на интенсивно взлетающую и вновь пикирующую Ярость, — Ты бы его в яйца сразу клюнул. Сразу бы два дела облюбовал бы: и победил бы одним ударом, и урвал бы себе потомство, а то и сразу два, сучара, — И хотя общая образность позы пирата могла показаться строгой и призывающей к нравоучению, на самом же деле столь частый смак ругани в случае с Хоу означал лишь то, что ему искренне нравится наблюдение, — Отстань уже от него, — почти снисходительно повелел пират, быстро смекнув, что громила не особо склонен к сопротивлению и напуган куда больше, нежели могли быть напуганы они несколькими мгновениями ранее, — Ты разве не видишь, что этот идиот заприметил твою раковину и увидел в ней ценность, не имеющую ничего общего с насилием и желанием утолить жажду за счет ее содержимого? Давай лучше поговорим с ним и узнаем, откуда он вообще взялся и есть ли здесь такие же интеллектуалы, как и он сам, — на этих словах моряк сделал несколько шагов в сторону борющихся, абсолютно точно осознавая, что друиды ему нравятся чуточку больше, нежели оборотни.

Рейтинг поста: 1

19 (2019-12-23 13:35:27 отредактировано Zbigniew Boso)

Збышек крутился вокруг головы великана. Попасть под одну из окорокообразных рук великана, было равносильно моментальному выбыванию из боя. Поэтому грифон не столько ранил гиганта, сколько отвлекал, лишь изредка его удавалось зацепить когтями или долбануть клювом. Вообще, со стороны битва выгляделаа не столь уж и эпично, особенно если забыть о размерах существ.
Краем глаза, оборотень видел, что перемазанный в глине Рендон так и стоит хлопая глазами. Постепенно, возмущение нарастало всё больше и больше - ты тут дерешься, а этот одноглазый стоит и любуется. Нашёл время.
В какой-то момент, Збышеку даже захотелось сделать петлю, схватить этого человечка и бросить его в великана.
Впрочем, осуществить план он не успел, потому что Рендон начал наконец действовать. Только вот были это лишь крики и ругань. Что ещё больше начинало злить. Через некоторое время до рыжего дошло, о чем именно кричит одноглазый, так что он отлетел чуть в сторону. И закружил над деревьями. Великан тем временем тоже явно понимал о чем речь. Он прикрыл рукой место о котором шла речь и потянулся к перепачканному в грязи Рендону.
- Не трогай бубенчики!
Хватать пирата он не стал, после того как тот заявил, чтобы грифон отстал от него.
Збышек приземлился за спиной у пирата и вновь принял человеческий облик. Это заняло примерно минуту. Пока исчезали перья, крылья втягивались в острые лопатки, а клюв превратился в нормальное лицо, великан как завороженный наблюдал за преображением.
Увидев на месте где только что был грифон, тощего и грязного мальчишку, великан и вовсе плюхнулся на задницу с открытым ртом.
- Это как так?
Збышек же подошел к Рендону. Отряхиваться он даже не пытался, судя по всему глина и грязь на коже его особо не беспокоила.
Великан некоторое время рассматривал обоих пришельцев. Потом видимо решив, что-то у себя в голове, он ткнул пальцем в сторону рыжего мальчишки.
- Ты! Был птицей! Не будешь больше драться? Откуда взялись? Я вас не видел.
Великан как-то неуверенно посмотрел себе за спину, потом снова на гостей.
-Я иду домой. Вы тоже идете со мной. Расскажете. Скучно, а тут вы.
После чего великан поднялся снова на ноги и направился к горе. Только вот на один его шаг, приходилось несколько сотен рендовых.


НРПГ

Рен - чет, Зб - нечет

Результаты броска: (69) = 69

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicdreamy/0943/424243/30/1/4nppbcgozuemmwf74n67dn6oswopdysosdemdwf54nhpdbsttc.png
https://i.gyazo.com/4d61c2ab69911a10f47c711095cd7495.gif

Потыкайте в меня те, кто хочет пост от меня
а то я чего то потерелся
Звёздам можно верить

Рейтинг поста: 1