1 (2019-10-10 18:01:34 отредактировано Freya the Firelight)


Действующие лица:
Freya the Firelight, Kairon Woolly, Christian Cadavercian
Внешний вид персонажей:
Согласно анкете или описанному в постах.
Дата и время в эпизоде:
Год Базарно-огненного Феникса, месяц Гиацинта
Погода в эпизоде и место действия:
Село в болотистой местности на север от Эстелла. Морозно, безветренно, небо затянуто серой пеленой.
Тип эпизода:
Личный.
Краткое описание действий в эпизоде:
В селе, которого и название то затерялось в веках, странное творится - детки пропадают, а вместе с ними и бабы беременные. Куда, почему - не известно, да только слухи ходят, что в болотах дьявольщина поселилась; вот и таскает себе на пропитание слабых. Благо, что трое путников оказались рядом, дабы помочь сельчанам - из-за доброго сердца, за плату, иль личного интереса.

Рейтинг поста: 1

2 (2019-10-10 13:45:42 отредактировано Freya the Firelight)

Начало гиацинта выдалось морозным, потрескивая тонкой корочкой льда на поверхности луж и покрывая по утрам инеем опавшие, сухие и скрученные листья. Истощённая урожаем земля успела отдать пред холодами свои последние соки, дабы уйти на покой до следующей оттепели. Путешественникам по такой земле ходить стало проще – слякоть и грязь застыла, а сапоги больше не нужно было всю ночь сушить у костра. Ушли стайки противного комарья, пропали мухи, змеи попрятались в норы, дикое зверьё жиру нагуляло ещё благодатной осенью, не рискуя подбираться к лагерям в поисках пищи. Фрейе нравилось это время года. Пусть сутки шли на убыль и становилось холоднее, вынуждая в своём пути поторапливаться да кутаться в шерстяную одёжку (ведь, как известно, кто холодов не боится – значит тепло одевается), зато и рады в пункте назначения ей будут сильнее. А путь она свой держала в село на севере от Эстелла. Лет сорок назад его, вроде, называли Ягельцем (от ягеля – лишайника, то бишь) из-за того что на болоте стоит, а сейчас уже даже местные не помнят как изначально звались. Живёт в той глухомани чуть больше двух дюжин человек, обеспечивающих себя дарами болот, да тем, что скотина даёт. Место далёкое и для жизни суровое, но на травы и ягоду щедрое: тот же аир, мяун али вереск. Ныне, например, клюкву всей деревней собирают, на зиму запасаются. Огневласая была уверена, что и ей ведёрка сей ягоды не пожадничают.
Поправляя ворот тёплого вязанного свитера, зияющего на красном полотне парой дырок, женщина поёжилась. Как не кутайся – а всё равно пробирает. В такие моменты завидуешь медведям, шкура-то у них – во какая! Впрочем, на плечах у полукровки шкура тоже была – волчья, серая, чуть потрёпанная. В купе со свитером свою хозяйку от щипающего за щёки холода шкура вполне защищала, но… могло быть лучше. Всегда могло быть лучше. Уже несколько лет Огневласая мечтала о муфте, как у городских госпожей. Чтоб руки спрятал – и тепло. Да только стоила такая муфта столько, сколько ворожея за полгода серебра зарабатывала, а самой всё несподручно пошить. Ладно, что уж раны бередить. В двух перекинутых через плечи сумах позвякивали флаконы с настойками, а бока одной сумки топорщились особенно сильно – в ней Фрейя хранила свои нехитрые пожитки. Широкие женские ладони сжимали ясеневый посох, напоминавший скорее искривлённую, зачищенную от коры палку; на него путница опиралась во время ходьбы, чтоб ноги уставали медленнее.
Солнце стояло в небе ещё высоко, когда Фрея ступила во владения приболотных жителей. Встретили её несколько баб и староста, приветствуя как старого друга. Иначе и быть не могло – Хозяйка давно сюда ходит, все её знают. Работы хватало и в этот раз – кастрировать козла чтоб нрав успокоить, настойки раздать, баб беременных осмотреть, а позже ей сообщили, что и корова вот-вот должна отелиться. Тратить время на расшаркивания Фрейя не стала, приступив к делам в сию же минуту. В процессе многое Хозяйке поведали – и каков урожай был, и кто какой хворью болел, и то, что дети пропадать стали…
— Дети? – удивлённо спрашивала Фрейя, ощупывая внутри пятнистой тёлочки плод, погрузив руку в скотину почти до плечевого сустава. Лишнюю одёжку, конечно же, перед этим сняла. – А шо, на болотах не искали?
— Как же не искали, – сетовал староста, седовласый худой мужичок с пышной бородой. – Думали, за журавихой ушли, сейчас-то сезон. Да только не вернулись они и когда светило сокрылось за горизонтом, и когда вновь поднялось с рассветом… Мужики все болота прочесали. Как сквозь землю провалились! Ещё и Манька пропала… Под сердцем дитя носила, весёлая такая, счастливая. Ты её, Хозяйка, смотреть и должна была. Увы, некого уже смотреть, некого, – старик схватился за волосы руками. – Лихо какое завелось, точно тебе говорю! В столицу за наёмником посылали, со всего села серебрушко собрали ради такого дела.
— Было бы то лихо – жрало и детей, и баб, и мужчьё без разбору, – морщилась в ответ женщина, вытаскивая руку. Под взволнованным взглядом хозяина скотины покачала головой. – Мёртв телёнок. Неси цепи, вытаскивать будем, а то и коровы лишишься ещё.
— Как… как же мёртв?.. Может, получше посмотришь?
— Я те шо сказала? Мёртв значит мёртв! – рявкнула Фрейя, бросив на старосту грозный взгляд. – Цепь есть? Вот и тащи, – а после добавила едва слышно: – надеюсь, пилить не придётся...
Телёнок шёл с трудом. Не хватало силы полукровки, чтобы вытянуть его из бесновавшейся бурёнки, а староста лихо исчез с поля зрения по какому-то своему делу. И так, и эдак Фрейя тянула на себя цепи, да только задние ножки и смогла вытянуть. Дав себе секунду передышки, женщина увидела, как по деревне идёт крепкого тела чужак. Был ли то зверолюд, или странной чарующей красоты бледнолицый – не важно. Кем бы ни оказался незнакомец, Фрейя шустро припашет его к делу, прося о помощи:
— О-о-ой! Постой, мил молодец, – разнёсся звонкий голос Хозяйки над пустынной деревенской дорогой. – Вижу, силы в руках много. Помоги бабе, а? Животина страдает, – окровавленными руками Фрейя укажет на корову, успевшую пасть на бок и могущую только мычать. Даже сил брыкаться у рогатой уже не было. Из заднего отверстия торчала половина телёнка, представляющая не самое приятное из зрелищ. – Не хватает мне силушки, а вдвоём за цепи схватившись, авось, и вытащим.

Рейтинг поста: 4

Пар клубами вырывался изо рта, оседая легкими кристалликами льда на кошачьих усах и шерсти. Кайрон шагал по полузабытой лесной дороге. Гильдия наемников отправила зверочеловека по одному из запросов. Деньги были не большие, охотников идти в дальнюю деревню на болотах не находилось. Но у Кайрона был свой интерес в этих местах. Слухи о развалинах то ли храма, то ли святилища дошли через торговцев старинными вещами и наемник не сомневаясь, взял заказ.
Места ему были не знакомые, но в гильдии нашлась подробная карта, часть которой Кайрон тщательно перенес на свою. И сейчас он уверено шел к деревне, черный частокол которой уже виднелся за редкими деревьями.
Одет был наемник просто и тепло. Плотные штаны с коротким меховым подбоем, кожаная куртка с мехом внутри и плотным воротником. Толстый шерстяной плащ. Обуви, по обыкновению, нет, да это и не беспокоит зверолюда, в жизни не носил на ногах ничего, кроме поножей. На широком ремне два слегка изогнутых меча, сумка со снадобьями, эликсирами, свитками. Перевязь с десятком метательных ножей. Да мешок с припасами за плечами. Многого коту никогда не требовалось.
Кайрон размышлял о том, что услышал в гильдии. Местный староста, что-то говорил про пропавших детей, женщин. Про какое-то лихо. Может банда гоблинов объявилась. Эти мелкие уродцы не упускали возможности напакостить. Похищение детей и молодых девушек вполне могли быть их делом. А могло быть, что-то похуже, Кайрон немало слышал о тварях, живущих на болотах, читал, а некоторых видел в живую. И последнее-руины. Конечно, это самый маловозможный вариант, но...чем Всеока не шутит.
Так размышляя, наемник вошел в покосившиеся ворота в частоколе. Охраны никакой не было, да и зачем она здесь. Кому понадобиться деревушка, явно бедная. Хотя, вот беда случилась же.
— О-о-ой! Постой, мил молодец,-от одного из сараев, хлева, скорее всего, раздался звонкий голос. Кайрон оглянулся. К нему шла невысокая женщина. "Полукровка"-мысленно отметил зверолюд ее крепко сбитую фигуру. В ней явно текла немалая примесь дворфийской крови.
-Помоги бабе, а? Животина страдает.Не хватает мне силушки, а вдвоём за цепи схватившись, авось, и вытащим.-полукровка показывала в сторону жалобно мычащей коровы, лежавшей на соломе. Руки женщины были перемазаны в крови.
Кайрон коротко кивнул. Сбросил мешок, положил на него плащ, отстегнул оружие.
-Говори, что делать.-наемник взялся за цепь, ничуть не смущаясь крови и грязи.

Рейтинг поста: 3

Наверное, не будь в округе от никому ненужного селения древних руин и храмов, что могли бы хранить секреты обитателей Досуул Нан, то вампир бы и не пришел сюда. Оплаты особой ждать не приходилось, а альтруизм ему не особо был присущ. Конечно, Кристиан слышал высказывания о том, что дескать добро в итоге вознаграждается добром, но вот только жизнь была куда более сурова. Как-то не замечал он ничего подобного на своем веку. Впрочем, дело могло быть и в том, что он просто не пытался вести себя так, а ведь ему уже было за две сотни лет. Люди жили и умирали, а он спокойно взирал на все это, следуя сугубо своим интересам и целям. Так и сейчас, кутаясь в длинный черный плащ с меховой подкладкой, да сжимая в руке рукоять косы, блондин безучастно смотрел за тем, как рыжая дама и зверочеловек тянули мертвого детеныша. В том что мертв сомнения не было, ибо движения крови в жилах животинки не ощущалось.
"Ммм, не совсем мой типаж, но в целом ничего..." - бесцеремонно проносилось в голове, пока глаза бегло осматривали полукровку с ног до макушки и обратно. "А впрочем, да, я просто зажрался и привык к девичьей красоте, а не женской. Ладно, надо бы им помочь, познакомиться, а там может и чего дельное выйдет. Глядишь, так и может согласятся пойти в руины какие вместе. Они на болотах, вроде бы..."
- Позвольте, - раздалось чуть погодя, когда Крис схватился одной рукой за цепь и потянул.
В бытие вампиром были свои преимущества, ведь тело было сильнее человеческого, а если еще тихонько простимулировать мышцы магией крови, то и вовсе хорошо. И уж втроем они бы точно вытащили детеныша.

Рейтинг поста: 2

5 (2019-10-10 22:36:00 отредактировано Freya the Firelight)

Помощь зверолюда была неоценимой, а его готовность взяться тут же за дело, не боясь испачкать лапы в крови, грязи да навозе лишь добавляло ему достоинства. По отмашке Фрейи сильные мужские руки то тянули цепи, то ослабляли тяг, но что-то с телёнком было не то. Мёртвый плод – явление нормальное. Однако даже не обладающая какими-то сверхчувствами ворожея начинала чувствовать нечто необъяснимо-странное во всём процессе извлечения (деторождением язык не поворачивался назвать). Не должно оно идти так тяжко, не должно! Видала она разные случаи; сколько телят сквозь руки свои пропустила – не счесть, а волновалась так сильно за последнее время впервые. Может и хорошо, что владелец скотины в доме запрятался от тяжёлой работы. Ни к чему ему было видеть, как Хозяйкины руки дрожат, стоило ей цепь отпустить, что звеньями бренчащими провисла. Нового помощника Фрейя заметила не сразу, будучи повернутой к нему спиной, но его прибытие оказалось очень кстати. С горем пополам несчастного телёнка вытащили, и даже матушка-бурёнка будто бы вздохнула с облегчением, обмякнув на истоптанной земле.
— Оттащите его пока! – даже не давая себе отдышаться, хриплым голосом бросила полукровка.
Сама же подскочила к корове и, упёршись своим лбом в её лоб, начала нашёптывать себе под нос речь странную, быструю, сливающуюся в единый поток звука без смысла и ритма. Чуткие кошачьи уши зверолюда, иль нечеловеческий слух странного бледнолицего гостя могли уловить отдельные слова – то брань, то ласку. Огневласая заговаривала животину, прося – говоря, приказывая, заставляя – подняться на ноги. Истощённая родами тёлочка делать это всячески отказывалась, но если не поднимется – то со скотиной можно попрощаться, уйдёт вслед за своим мертворождённым дитёнком. Может статься, со стороны двум чужакам казалось, что рыжевласая баба с ума сошла – сидит коленями в грязи, в морду корове что-то шепчет. Как бы ни так – каждая деревенская семья державшая хозяйство имела свои заговоры с поверьями. Слова, движения разными могли быть, а смысл один оставался – уберечь кормилицу от несчастий. Так и сейчас Хозяйка делала, по подобию своей матери бранью ругаясь чтоб духи недобрые к слабой животине не подобрались, а ласкою пыталась вернуть копытной силы. Снова и снова женщина повторяет свой заговор, пока бурёнка не поднимется на ноги, тяжело покачиваясь на дрожащих конечностях.
Тем временем вернулся и староста, сначала неуверенно заглянув из-за угла. Видимо, хотел убедиться, что всё кончено и его старые кости к столь тяжкому делу не припашут. Покивав своей сообразительности, старик полностью явился и на радостях бросился благодарить за помощь. Близко не подходил, за руки не хватал, чтоб в крови не измазаться, но добрыми словами осыпал и даже пригласил в дом выпить стопочку за успешное завершение дела и обсуждение насущных.
— Вы только эта, ручонки вымойте, во-он там, – широким жестом указав на бочку с дождевой водой, ныне бодряще-холодной и покрытой тонкой коркой льда, мужик похлопал свою бурёнку по бархатному носу и вновь направился в дом, ежась плечами от заползающего под одёжку мороза.
— Вот и правда, спасибо за помощь, – кивнёт Огневласая, с трудом поднимаясь от земли. Юбка спереди покрылась грязью, а окровавленные до выше локтя руки продолжали биться мелкой дрожью. – Вы с городу, наверное? – Фрейя прервалась, сглатывая слюну и делая глубокий вдох, восстанавливая дыхание. – Староста говорил, что посылал… Не думала, что аж двое явятся! Деняк то, небось, совсем чуть плотят. Много ли в этой глуши собрать можно… Ладно, вы идите, дела свои охотниче-мужицкие обсуждайте, а мне повозиться тут надо ещё.
Если кто-то из молодцев захочет остаться, уделив внимание явной женской усталости – Фрейя того настойчиво выпроводит. Мол, дела у них с бурёнкой женские остались, а они пусть идут за чем пришли, нечего время почём зря тратить. Коли староста не брешет и в болотах истинно дьявольщина какая лютует – искать её надобно сейчас, а не когда темнота на село опустится. Оставалось надеяться, что чужаки прислушаются к её словам и пойдут делом заниматься, а не останутся препираться с упёртой бабой под флегматичный взгляд уже что-то жующей коровы.
Дождавшись, пока зверлочеловек и бледнокожий скроются в доме старосты, Фрейя вновь подойдёт к корове и бесцеремонно начнёт вытаскивать из неё остатки плаценты. Взглядом ясных глаз женщина косилась на брошенный в стороне плод, пытаясь понять, что же её так взволновало. Завершив все манипуляции со скотиной и всунув ей в рот выуженный из сумы кусок мела, Огневласая вернётся к телёнку и внимательно его осмотрит. Перевернёт разок, оттянет ножки. Ничего необычного. Голова, разве что, великовата, и неправильно сложена как-то – будто одна сторона черепа смята. Возможно, результат неправильного развития. А может, злые боги пошутить решили… Взявшись за концы всё той же цепи, оттащит тушку за дом старосты; туда, где болото начиналось, дабы мужик сам потом тело закопал или притопил где угодно будет. В еду такое мясо не годилось, а чтоб жечь, как и положено, столько дров никто тратить не будет.




Староста села
Мигель
Человек
67 лет




Не нравилось старосте, что из города аж двоих убийц на нечестивое лихо прислали. Мужчина прекрасно понимал, что обещанных денег не хватило бы и на одного опытного наёмника, потому даже не рассчитывал на удачный исход. А тут – двое, да ещё и вона какие! Оружие добротное, одёжка дорогая, двигаются умело, и рожи благородные. Особенно у этого, бледного. Нарядится пусть в господские одежды – чем не граф? Котяра тоже недурен – мышцы под шерстью перекатываются, взгляд цепкий, внимательный, со звериной хитрецой. Небось, как работу сделают, двойную плату удумают просить, а коли отказ получат – оружием угрожать начнут. Мигель всю жизнь в своём приболотье живёт, куда наёмники если и захаживали, то с целью обмануть бедных крестьян и последние крохи забрать. Не удивительно, что теперь здесь наёмников и разбойников друг от друга отличать было не принято. Что от одних грабёж, что от других – всё одно.
— Садитесь, садитесь, гости дорогие! – не смотря на внутреннее беспокойство, староста приветливо улыбался и приглашал за стол, где уже стояла бутыль с настойкой и закуской к ней нехитрой. Чем там питались в городах Мигель не ведал, но…: – как грится, чем богаты.
Мигель будет рад, если гости перейдут сразу к делу после первой стопки за здоровье коровы. Если же нет – то продолжит расшаркиваться перед ними, как паж пред своим господином. Так или иначе до темы с работой они дойдут, и староста перескажет то, что уже известно. Дети, бабы беременные в болота уходят и не возвращаются. В трясину затянуть не могло – каждый житель села знает, куда можно ногу ставить, а куда нет. Деревенское мужичьё прочесало ближайшие несколько километров – и где журавиху собирают, и где травы с лишайником берут, и места священные. Нет – и всё тут. Ни людей, ни следов. Коли путники спросят о странностях – Мигель и тут ответит, что ничего такого не происходило. Уходит иногда коза иль бурёнка чья-то пастись на ягельные места, но всегда возвращаются – целые, невредимые и сытые.
— Не знаю, что ещё сказать, – пожимает старческими плечами Мигель, уставившись на свои руки. – Жалко, пропавших, конечно, но нам к зиме готовиться надо. Отправлять ещё раз болота прочёсывать не можем – целый день теряем, а дел-то до снегов невпроворот. Ищите, спрашивайте, коль пришли. Только знайте, – седые брови сойдутся к переносице, а сам селянин, набравшись храбрости, поднимет взгляд на наёмников: – плата сколько условились. Двое вас там, иль один – сколько обещано столько и получите. Нет у нас больше, ясно?

Рейтинг поста: 3

6 (2019-10-12 00:01:07 отредактировано Kairon Woolly)

Теленок шел тяжело. По крайней мере так казалось Кайрону. Ему, сугубо городскому жителю, подобные действа были в новинку. Но, глядя на невысокую женщину, старательно тянущую цепь и распоряжавшуюся тут, даже наемник понимал, что, что-то идет не так.
Неожиданной оказалась помощь нового человека. Тот, не задавая вопросов, взялся за цепь и Кайрон почувствовал, что незнакомец довольно силен. Вскоре, с противным хлюпающим звуком, теленок был извлечен. Мертвый.
Плод был оттащен в сторону, по указанию невысокой полукровки, и Кайрон прислонился к стене хлева. Пучками соломы стал оттирать руки, посматривая на незнакомца. Странный он какой-то. Бледный, на коже ни пятнышка, ни моржины...хотя особо молодым и не выглядит. И слишком аристократичен для этой местности. Кто, откуда взялся? Впрочем, расспрашивать наемник не стал. А бросил взгляд в сторону женщины.
Та стояла на коленях перед коровой и, что-то тихо говорила. Слух кота уловил обрывки ругани, уговоров, мольбы. Все ясно, местная знахарка.
Появился старик, явно староста деревни. Когда знахарка отослала наемника и незнакомца, Кайрон только пожал плечами. Тут он точно не помощник. Вымыв руки и подхватив снаряжение, прошел в дом.
Уселись за стол. Пригубил настойку, отставил стопку. Кайрон не был трезвенником, но дело привык начинать с ясной головой. А тут точно нужно было разбираться. Поглядывая на второго, сидящего за столом, наемник попытался расспрашивать старика. Тот много не знал, да и, похоже, его больше беспокоило, что-то другое. Скоро выяснилось, что именно.
-Только знайте,плата сколько условились. Двое вас там, иль один – сколько обещано столько и получите. Нет у нас больше, ясно?
Кайрон кивнул.
-В гильдии контракт выписывали на одного. Мне не говорили, что будет еще кто-то. Кто вы, уважаемый?-наемник повернулся к бледному незнакомцу. Что-то ему не нравилось в нем. Такое чувство, что спустился в холодный склеп. И запах...такой тонкий, еле ощутимый. Крови. Хотя, возможно это от самого кота пахнет, после недавней операции.

Рейтинг поста: 2

Дело шло туго, но мертвый теленок таки был вытащен. Кристиан смотрел на него спокойно, за долгую по людским меркам жизнь видывал и не такое, так что и в обморок падать не собирался. Что же до шептание полукровки над коровой, то это лишь вызвало легкую улыбку на бледном лице. "Знахарка или вроде того? Ну, магическое волнение есть, спорить не буду. Она точно может что-то, а уж насколько эффективно - это уже покажет время. Впрочем, а мне то какое до сего дело?"
Приводя себя в порядок, мужчина чувствовал настороженность в свой адрес от кошколюда. А немного позднее и не только от него уже, когда они чуть погодя были у местного старейшины. Или кого-то в этом роде, Крис не вдавался в подробности местной иерархии. "Пропадает молодняк, зверье же не трогают, но его молодняк тоже гибнет. Ммм, что там не было бы, но похоже на то, что оно питается жизненной силой молодости или вроде того..." Вампир неторопливо водил когтем по столу, так и не прикоснувшись к спиртному.
- Ммм? - Легкий поворот головы в сторону зверочеловека. - Сойдемся на том, что я тоже наемник, но не из гильдии. И деньги меня мало интересуют. На болотах должны быть некие руины, а уже там то, что интересует меня. Если же там ничего не будет, то я просто попрошу пополнить мои запасы и наполнить флаконы. - Темный маг широко улыбнулся и явственно продемонстрировал клыки. - Конечно, мою братию не любят, но кто лучше всего может сразить одно чудовище, как не другое чудище?
"И уж точно не стоит пытаться прибить меня. Ничем хорошим не закончится."

Рейтинг поста: 2

Смывая с рук грязь, Хозяйка продолжала терзаться смутными предчувствиями. Женская чуйка подводила её редко. Розовая от крови вода стекала ручейком, катилась по локтям и опадала влагою вниз, разбиваясь о чумазые носки сапог из мягкой кожи. Оставшуюся после заговоров на юбке грязь Фрейя также смыла, стараясь не слишком мочить ткань. В такой холод позволить себе иное было крайне несподручно. К засевшим в доме мужчинам не спешила, медленно цепляя на руки снятые ранее крупные браслеты, натягивая свитер и кутаясь в волчью шкуру. Пышущее от работы жаром тело начинало остывать, и Огневласая знатно озябла.
— Что же на этот раз вы задумали, небесные? – бубнила она себе под нос, всё топчась на одном месте. Не выдержав, вновь направилась за дом старосты, мелькнув в окне ярким рыжим пятном для расположившихся внутри. Краем глаза заметила, как мужичьё сидит за столом и о чём-то говорит. Ну, пусть говорят, авось меж собой о чём умном и договорятся. Лезть в мужские разговоры Фрейя не любила, особенно когда её обсуждаемая тема не касалась.
На оставленном месте телёнка не было. Примятый лишайник явственно говорил о том, что он тут был, но сейчас – нет. Фрейя застыла как вкопанная, уставившись на землю, будто первый раз видала. Протёрла глаза, размазывая сажу на веках, чертыхнулась и даже три раза повернулась вокруг себя. Авось, чудится ей. Привычные для деревенской бабы ритуалы не помогли, морок не развеялся. Телёнок пропал, а стоило лучше присмотреться – кровавый след от его туши уходил дальше в болота. По-хорошему следовало позвать наёмников и пусть сами разбираются, волк то был, медведь иль их поручение. Однако Фрейя думала иначе. Если зверь – Хозяйка с ним договорится, а если лихо… Ну какое лихо, ей богу! Мало ли что старосте могло причудиться. Наверняка хищник какой бушует, не успевший жиру набрать пред зимовкой. Тряхнув рыжей гривой, женщина бесстрашно пошла по следу, и чем дальше заходила – тем сильнее холодело её нутро. Страх червями шевелился внутри вен, хватал ледяными пальцами за горло, давил на виски, болью отдавался в глазах.
Поверни назад.
Уходи.
Беги… Беги…
БЕГИ.

Неизвестное существо
???




Пахнет сладко, пахнет вкусно, пахнет при-тя-га-тель-но. Лежит телёнок милый, лежит телёнок малый у границы людей и НАС, смотрит мёртвыми глазами и не мычит. У-у-у, не мычит, не дышит, не шевелится. Кому он нужен? Никому. МЫ заберём. МЫ съедим. НАМ нужен. Дай.
Дай.
Дай дай дай дай дай дай дай дай дай дай.
Противная цепь брынчит, тянется за телёнком следом. И так тяжёлый, ещё и железка… Челюстью клац по ножкам – и нет цепи. Хорошо, легко, проще. М-м, вкусно. Плоть мягкая, влажная, а косточки как трещат под зубами.
Трещат, трещат, трещат, трещат, трещат.
Трещат, а не ломаются. Хор-р-рошо. МЫ будем довольны. Молодняк будет сыт, и НАМ тоже кусочек… хоть копытце, хоть животик. Ну пожалуйста, дай…
Слюна капает из развернутой пасти, и существо в каком-то человеческом жесте утирает её с лица. Продолжает идти вперёд, таща за собой за передние ножки несчастный плод, оставляющий позади след из крови и смятого лишайника. Секунда – и оно остановилось. Уши дёрнулись, лицо метнулось вверх и принюхалось. Идёт. Кто-то идёт. Человек. Большой, старый, вонючий. Несёт запахи крови, трав, навоза.
Уходи, человек. МЫ сегодня сыты. Уходи. Прочь. ПРОЧЬ!



Что-то (кто-то?) мелькнул впереди. Ворожея остановилась, утонув одной ногой в болоте. Страх обратился ужасом, парализуя мышцы, перекрывая дыхание, уничтожая ощущение реальности вокруг. В ужасе своём Фрейя не могла сдержать слёз, чувствуя, как те солёной влагой стекают по щекам. Пытаясь выдрать ногу из плена валежника, в нём же женщина чуть не оставила свой сапог. Из единственной своей пары. Осознание того, что денег на новую обувь нет, помогло отвлечься и сделать первый шаг. Назад. Обратно в деревню. Внезапно на место паралича пришла дрожь, в которой Фрейя билась каждой своей конечностью. Полукровка обхватила себя руками, собрав остатки разума в кучу, и, спотыкаясь, поспешила возвратиться в безопасность; в мир явного, обычного, привычного.
Дверь дома старосты хлопнула, прервав ведущуюся внутри беседу меж наёмниками. Фрейя залетела вихрем внутрь – с мокрым сползающим сапогом, заплаканным лицом и дрожащая в испуге. Прежде, чем что-то скажет, выпьет отставленную кем-то стопку настойки.
— Что-то… Кто-то… Не знаю. Телёнок лежал… – Хозяйка прервалась на всхлип, утирая слёзы со щёк. – А потом смотрю – нет его. Иду… Иду, значит-са, а с каждым шагом тело ужасом наливается. Не зверь там был. Точно говорю, не зверь! И не дух. Даже самый злобный дух… не такой. – Следом последовала ещё одна стопка, а за ней – ещё. Алкоголь усмирил трясучку, остановил слёзы, и даже говорить Фрейя стала чётче. – Вернуться надо. С вами пойду, покажу. Оно или нет – не разумею, но вам лучше видно будет.

Рейтинг поста: 2

Когда бледный оскалился, что видимо должно было изобразить улыбку, Кайрон чуть наклонил голову, разглядывая сидевшего напротив. Вампир. До этого времени наемнику не приходилось сталкиваться с представителями этого племени. Читал он про них немало, да и слухов ходило много. Опасный противник...если он противник.
Впрочем, тот явно не претендовал на задание наемника, даже вызвался помочь. Хотя, когда вампир упомянул руины, глаза зверочеловека сузились.
-Да, есть такое дело,-медленно проговорил он. Было не понятно, откуда этот знал про остатки храма, забытого давным давно,-Не буду врать, у меня самого есть интерес к этому месту, поэтому-наемник вернул улыбку, чуть менее зубастую, но тоже многообещающую,-буду очень признателен, если мы не будем мешать друг другу. Возможно, наши цели вообще не пересекаются...или это не то, что я ищу.
Кайрон уже хотел расспросить старосту, знает ли он про руины и не ходилили туда местные. Не успел. Дверь распахнулась и на пороге появилась давешняя знахарка. Кайрон глянул на нее и непроизвольно потянулся к оружию.  Грязная, мокрая, взъерошенная. На побледневшем лице такое выражение, будто ближайший погост разом поднялся и направился в деревню.
Знахарка схватила стопку Кайрона, опрокинула в себя. Только после этого начала говорить. По началу невнятно, но еще пара стопок привели ее в чувство.
-Вернуться надо. С вами пойду, покажу. Оно или нет – не разумею, но вам лучше видно будет.
Кайрон кивнул, поднимаясь.
-Идем. Похоже лихо ваше совсем осмелело. Еще пару дней и спящих из кроватей таскать начнет.-наемник шагнул к двери. Мешок с припасами остался у лавки, но он и не нужен. Оружие и снадобья всегда при зверочеловеке. Пойдет за ними вампир или нет, наемника не беспокоило. Сам он собирался выполнить то, ради чего оказался на этом забытом Всеокой болоте.-Пошли, по дороге расскажешь, что видела и чувствовала.

Рейтинг поста: 2

10 (2019-10-13 20:15:59 отредактировано Christian Cadavercian)

Ответ зверолюда вполне устраивал вампира, что не могло не радовать, ведь иначе могли бы возникнуть проблемы. И, вероятнее всего, но это не точно, для них обоих. Конечно, они оба были сейчас без понятия о способностях друг друга, но в местной обстановке бой между ними - это последнее дело. Ни ему, равно как и ни Кристиану, ни уж тем более местным ненужное.
- Если тебе не нужны секреты магии из Досуул Нан, то нам делить нечего. На мага ты особо не похож, так что...
Договорить аристократ не успел, будучи также прерванным ворвавшейся полукровкой, видом и амбре оной намекали о том, что барышня успела уже побывать где-то на болотах. "Занятно. Кто-то есть, значит? Интересно, а может ли это быть тварь с того мира и проникают ли оттуда чудища в Долину вообще? Про это место известно слишком мало, увы." Времени подумать еще не было, ибо наемник уже выдвигался, так что и Кристиану медлить не стоило.
- Я с Вами, - кратко и спокойно, поправляя косу и проверяя джавелины под полами одеяния, - маг точно лишним не будет, коль там не обычный дикий зверь. У Вас же нет предрассудков к волшебству?
Последний вопрос он выделил интонацией, намекая на то, что речь идет далеко не о том, что и правда никем не осуждается. Оставалось лишь надеяться на опыт невольных компаньонов и то, что они уже знают о том, что против некоторых существ как раз и работают обычно запрещенные средства. Ежели нет, то выбора все равно не было, ведь магом света он бы все равно не стал бы. Уж точно не сейчас.

Рейтинг поста: 2

11 (2019-10-15 20:29:47 отредактировано Freya the Firelight)

Никаких предрассудков к волшбе Фрейя не имела, даже если незнакомец поднял бы из мёртвых пару утопших в трясине мертвяков. Главное – чтоб назад потом загнал, ибо для заклинательницы тонкое искусство магии на уровне чувств и ощущений казалось вещью столь же хрупкой, сколь и разрушительной в своих последствиях. Она не была уверена в том, что именно видела; да и после того, как перестали от ужаса дрожать колени, мелькнула мысль о надуманности большей части своего страха. Женщина была бы рада, будь оно действительно так. Перед тем, как вновь ступить на дикую землю, забрала из хлева свой посох. Сжимала она его до побелевших костяшек, будто надеясь, что эта палка защитит её: от невиданного чудища ли, от вечно голодной трясины ли.
Следы никуда не пропали, явственно указывая охотникам путь. Староста, ранее прошествовавший вслед за чужаками из праздного любопытства, остановился в самом начале и пожелал удачи. После поспешил укрыться в доме, где уже сам обратиться к спасительному спиртному, дабы успокоить беспокойства. Ворожея указала мужчинам куда идти, поведя верхушкой посоха в соответствующем направлении, да отошла за их спины. Земля под ногами чуть пружинила, заполняя влагой оставленные преследователями отпечатки ног и лап. Когда все трое добрались до места, в котором напуганная полукровка повернула обратно, след трупоеда не обрывался. Более того – нечеловеческий слух мог услышать сюрпающие, чавкающие звуки где-то впереди. Запах болотной сырости и гниющего валежника смешивался с тонким, на первый вздох незаметным ароматом сырого мяса. Оно не скрывалось. Решат ли мужчины к неизвестному существу подкрасться, или бесстрашно выйдут вперёд – Фрея прислушается к любому их решению.
Оно утоляло свой голод, сидя на корточках спиной к тем, кто, возможно, станет для него погибелью. Создание, размером с крупную собаку, отдалённо напоминало, облачённого в какое-то полусгнившее тряпьё,  человека. Даже, возможно, ребёнка (от этого сравнения Фрейя вздрогнула, мгновенно прижав ладонь ко рту, дабы не вскрикнуть). Четыре конечности, голова, обтягивающая позвонки серая кожа. Длинными пальцами с острыми ногтями чудовище выуживало из брюха сворованной туши органы, рассматривало их на свету, облизывалось и пускало слюни. Томительное ожидание трапезы прослеживалось в каждом его жесте, прежде чем очередной орган исчезнет в его пасти: зубастой, широкой, с длинным языком. Знающий человек мог причислить это чудище к роду гоблинов, но даже эти вредители выглядели не столь отвратительно, как трапезничающее создание.


Трупоед
???
Предположительно гоблин
Возраст неопределим




Брюшко разошлось под пальцами так просто, так свободно. Кожа тонкая, нежная, прямо как у тех мелких двуногих отродий. МЫ будем не довольны, но если для себя… для меня… нет-нет-нет, для НАС! взять сердечко или лёгкое – никто не заметит. Как оно лежит в руке, как сверкает на свету, как тянется за ней аромат – пленительный до дрожи на кончиках пальцев, до полной слюны рта. Чудовище не слышит, как по его следу идут. Как преследуют его душу вонючие, жёсткие, полные дерьма человечишки, и один воняющий мокрой шерстью зверолюд. Сейчас его донимал сосущий под ложечкой голод, который по капле утолялся глазными яблоками, сердцем, почками, желудком мертворождённого.
Шелест заставил пожирающего вскинуть голову, и его лицо – безобразная морда – осветилось серым солнечным светом. Вытянутое вперёд, со сплюснутым носом, белёсыми глазами на выкате и широкой, разинутой пастью, в самых страшных ассоциациях напоминающая улыбку. На лысой острой макушке не было и единого волоска, а длинные, широкие, остроконечные уши напряжённо подрагивали, вслушиваясь в звуки, издаваемые чужаками. Чудовище было абсолютно слепо, но не страдало от своего недуга, определяя направление чужаков по их дыханию, биению сердец, бурлению желудков, шагам, скрипу когтей о мелкие опавшие ветви, шелесту одежды, звону оружия.
Если охотники нападут прямо здесь и сейчас, разрушая напряжённую минуту тишины – оно увернётся. Какими бы не были быстрыми воины – на стороне существа его габариты, скорость, прыгучесть, обоняние и осязание. Оно слышало лучше, чем взятые вместе тысяча котов. Оно чуяло больше, чем самый голодный из вампиров. Уверенный в своих силах, трупоед увернётся от возможной атаки и вновь замрёт на месте, дожидаясь следующей, если таковая последует.
— С-с-стой, где с-стоишь, – зашипит оно, уставившись незрячими глазными яблоками туда, где стоят все трое, или же поворачивая голову в сторону каждого отдельно стоящего. – Зверь на двух ногах, думающ-щ-щий, что я не слыш-шу как скрипит болотная кож-ш-ша под его лапами. Болеющ-щ-щий, зараж-ш-шённый магической с-с-скверной. Женщ-щина, под сердцем дитя не несу-ущ-щая. Ч-ш-што вам надо от меня? Нет-нет-нет, – чудовище хватается за свою лысую голову и неистово трясёт ей, впиваясь бритвами длинных ногтей в натянутую кожу и выпуская наружу черную, смердящую кровь. – НАС-С! МЫ забрали то, ч-што вам не нужно. Зачем? Зачем пришли? ОТВЕЧ-ЩАЙТЕ!
Оно не нападало, а терпеливо ждало ответа, проявляя крайне нетипичную для своего облика разумность. В зависимости от того, как поведут себя пришедшие из-за людской границы, сложится их дальнейший диалог. Стоит ли снести существу голову, пока оно не сменило милость на гнев, и не бросилось само в атаку? Или, быть может, стоит попробовать поговорить да узнать – кто же эти загадочные «мы», откуда оно пришло, и кем, в конце концов, оно является?


Фрейя застыла на месте не в силах пошевелить и пальцем. Уродливое создание несомненно было источником того ужаса, который загнал её обратно в дом старосты. Но почему оно так спокойно? Почему не пытается убить их, хотя весь его вид, вся его аура буквально кричит о его жажде крови? Неужели настолько уверенно в себе? Женщина обратилась взглядом к спутникам, задавая немой вопрос о дальнейших действиях. Возможно, наёмники успели по пути обсудить план действий, или составили его на ходу. Быть может, плана у них и вовсе не было, оставляя единственный выход – импровизацию. Услышав разумные слова из окровавленной пасти чудища Фрейя дёрнется, онемевшими губами невольно шепча:
— Что ты такое?

Рейтинг поста: 2

12

Последовав по пути, указанному знахаркой, наемник разглядывал следы под ногами. Он не обладал знаниями следопытов или охотников, всю жизнь проведших в лесах. Но его умений хватало. Да и их цель не пряталась, широкая полоса примятой травы и мха тянулась в глубину болота.
-Одна тварь,-пробормотал наемник, вглядываясь в следы.-Одна...при этом сильная. В одиночку тащит такую тушу. Когти...довольно длинные, как у крупного медведя, но более острые
Кайрон посмотрел туда, куда вел след. Тишину болота нарушал чуть слышимый шум ветра, чавканье трясины.
-Мы не сможем подойти тихо,-с досадой покачал головой наемник,-Почва выдает шаги, как не скрывайся. Проклятая вода хлюпает под ногами. Если, конечно, вы не умеете летать.-Кайрон покосился в сторону вампира.-Когда найдем его, постарайтесь не оказаться передо мной. Тебе вообще, стоило бы остаться в деревне,-Кайрон посмотрел на знахарку, потом махнул рукой, увидев ее выражение лица. Он знал упрямство дварфов, кто сказал, что полукровка его не унаследовала.
Вскоре, они вышли на пятачок более-менее сухой земли. Среди чахлых метелок завядшей травы, лежал похищенный теленок. А рядом с ним сидело нечто. Присмотревшись, Кайрон понял, что когда-то это был гоблин. Вот только сейчас он мало походил на мелкого зеленого мерзавца. Когти, которыми он потрошил тушу, сделали бы честь лесной рыси. А когда тварь повернула голову, зверочеловек увидел пасть, уж точно не подходящую для гоблина. И еще больше наемник удивился, когда чудовище заговорило.
Пока тварь задавала вопросы, наемник медленно потянулся к рукоятям мечей. Но на полпути рука остановилась. Наемник, чуть подумав, осторожно извлек из сумки холщевый мешочек. Смесь острых пряностей и нескольких трав. Способная отбить нюх и зрение у любого животного. Да, тварь была слепа, это видно. Но, судя по всему, обладает отличным нюхом. И еще коту не нравилось, как она двигается. Слишком быстро и плавно.
Наемник собрался, что-то произнести, но его опередила женщина.
— Что ты такое?-голос ее дрожал от страха и омерзения. И Кайрон ее прекрасно понимал. Прикинул расстояние. Если тварь бросится, он успеет швырнуть ей мешочек в морду и выхватить меч.

Рейтинг поста: 2

Если бы в этом мире был метроном, то он бы уже непременно щелкал в голове вампира, пока их небольшая компания продвигалась вперед. Зверолюд был прав в том, что скрытно им особо не подойти при всем желании. На слова о полете Крис лишь неоднозначно пожал плечами, как бы давая понять то, что может, но вот толку? Остальные же будут также шуметь, так что это не сильно на что-то повлияет, да и скорость этого самого полета у него все равно была не столь уж велика, мягко говоря.
- Если увидите много теней вокруг, то не лезьте к ним сами. Будут хватать всех кроме меня. Ненадолго схвачу, попробую, но ненадолго. Магия по площади отнимает много сил, - предупредил о Доминировании, дабы чары не стали для них же проблемой, - а пока я проверю... впрочем, это потом.
В голове звучал ровно тот же вопрос, что задала знахарка, когда им предстала странного вида тварь. Мелкая и опасная, резкая и стремительная, да еще и с наличием некоторой разумности. Было лишь вопросом то, говорило создание в множественном числе в силу поехавшей крыши или тут обитали емуподобные. Как бы там не было, но глаза блондина слегка засветились красным, что свидетельствовало о применении Ока Вампира. Узреть всю кровеносную систему напарников было ожидаемо, ведь они были живы, имели кровь и эту самую систему, но вот обладал ли подобным предполагаемый гоблин? Чары должны были красноречиво дать понять это, как и показать прочих в зоне видимости живых, если они соответстовали критериям. И если их не укрывало ничего слишком толстого. Сосуды просвечивают сквозь одежду и минимальные преграды, как одежда, листва, древесина в тридцать сантиметров толщиной, металл в пятнадцать сантиметров, либо камень в пять.

Рейтинг поста: 1