1 (2019-11-06 18:36:00 отредактировано Freya the Firelight)


Действующие лица:
Freya the Firelight, Kairon Woolly, Christian Cadavercian
Внешний вид персонажей:
Согласно анкете или описанному в постах.
Дата и время в эпизоде:
Год Базарно-огненного Феникса, месяц Гиацинта
Погода в эпизоде и место действия:
Село в болотистой местности на север от Эстелла. Морозно, безветренно, небо затянуто серой пеленой.
Тип эпизода:
Личный.
Краткое описание действий в эпизоде:
В селе, которого и название то затерялось в веках, странное творится - детки пропадают, а вместе с ними и бабы беременные. Куда, почему - не известно, да только слухи ходят, что в болотах дьявольщина поселилась; вот и таскает себе на пропитание слабых. Благо, что трое путников оказались рядом, дабы помочь сельчанам - из-за доброго сердца, за плату, иль личного интереса.

Рейтинг поста: 2

Безопасное место? То есть то, что было раньше – считалось безопасным, а сейчас, когда они на полпути к истине, внезапно стало опасно? Зерно здравомыслия в словах зверолюда однозначно было, но сейчас, стоящая в шаге от странных нор, Фрейя отметала это несчастное зёрнышко. Ишь, опасно! Заалев лицом и выпятив вперёд губы, женщина постарается унять бешено колотящаяся сердце. Внезапный прилив ярости сбил её с толку, лишив всякой осторожности. Хотелось высказать кошколюду всё, что она думала по поводу так называемой «опасности»; выплеснуть на него накопившийся за последние сутки негатив и освободиться от щемящего чувства в груди, острыми иглами напоминающее о слабости маленькой женщины рядом с опытным воином. Да, это было правдой. Она не могла постоять за себя наравне с наёмником, и не будь его рядом весь этот путь – наверняка полукровка лежала бы выпотрошенная где-нибудь неподалёку, став богатой трапезой для неизвестных тварей. Но и она могла что-то сделать!
Болотные духи учуяли гнев призывательницы, лениво выползая призрачными огоньками из-под коры тонких деревцев, валежника, мха. Едва же завидев алое пламя магической силы – ринулись к нему роем паразитов, желая получить хоть каплю энергии для себя. Неосторожная ворожея самых слабых из духов выжгла чуть те коснулись её кожи иль волос, а тех, кто посильнее, «взяла за горло» и не дала им сделать лишнего вдоха. Страх обитателей той стороны на мгновение заполнил её собственную душу, но тут же был отброшен. Рыжие волосы в сером дневном свете поистине загорелись огнём, сияя магическим светом.
— Смотри, – наконец она процедит сквозь зубы, впившись взглядом глаз цвета грозового неба в янтарь глаз своего сотоварища, – и я буду смотреть. Если найдём кости – я узнаю, чьи. Не гляди так на меня. Я в ответе за свою жизнь, и если помру – винить тебя не буду.
Ворожея приподняла посох и стукнула им по болотному настилу, выпуская наружу несколько ложек холодной, мутной воды. Пусть мужчина думает, что хочет. Наверняка он считал деревенскую лекарку глупой бабой, которая увязалась за ним на эмоциях. Отчасти это было правдой. Фрейя жалела, что не подумала взять с собой суму с припасами, заимствовать у старосты одеяло. Жалела и о том, что не нашла в себе силы растерзать магией того, первого монстра из засады, пока тот рассматривал животные органы на свету как драгоценные камни. Жалела, что не пришла раньше, и не уберегла хоть кого-то из пропавших.
Что толку теперь жалеть? Ныне они либо так и останутся стоять истуканами, подвергая себя опасности, либо наконец приступят к делу и узнают, имеет ли это место отношение к возникновению безобразных хищников. Не став слушать Кайрона, Фрейя подойдёт прямо к одному из подкопов, присядет на корточки и заглянет во тьму. Несколько светлячков отделятся от её волос и устремятся внутрь норы, освещая тусклым зеленоватым светом неровные земляные стенки. Ничего. Одна из тех, так и недорытых. Никаких костей, трупов, яиц или чего бы то ни было ещё. Разочаровано вздохнув – ну а что Огневласая вообще хотела там увидеть? – лекарка поднимется и продолжит осматривать находку.
Наверняка на стенах разрушенного Кайрон мог найти всё, что угодно. От стёртых сыростью и ветром рун, до надписей на забытом языке. Вопрос лишь – как много времени он уделит соскребанию мха с остатков постройки? Фрейя сразу поняла – занятие то гибельное, ещё и пальцы морозить почём зря. А вот если кто-то из них рискнёт заглянуть в самый широкий подкоп, куда без проблем пролезет даже зверолюд со своими габаритами, то увидят как далеко уходит в землю нора. Где-то вдалеке неё эхом отдавалась капающая вода. Явно прорытая меж ушедшими под землю укреплениями – получалась вполне прочная пещера. Куда она ведёт? Стоит ли заглянуть в неё?
Пока чужаки будут раздумывать над этим вопросом, или же заниматься своим делом – на поверхности послышится уже ставший таким знакомый клёкот. Первым его должен услышать зверолюд, а после и полукровная женщина. Их было много. Больше, чем ночью. Они приближались, почувствовав угрозу своей территории. Какие-то жалкие, несносные, снующие везде двуногие посмели так близко подойти к их дому, к их священной обители, к их логову…

Не-про-сти-тель-но.
В наказ-с-с-ание
С М Е Р Т Ь

Рейтинг поста: 1

27

Похоже, наемник задел полукровку. Глаза знахарки вспыхнули, лицо покрылось пятнами. Ну, да, безопасное место осталось далеко позади, в дне пути. Там, где стояли покосившиеся черные избы, где мягкий огонь плясал в старом очаге. Ага, безопасное. Которое не смогло уберечь детей и беременную женщину, которые, Кайрон был уверен, нашли свою смерть здесь.
А Фрейя тем временем показала, что она не простая деревенская лекарка и повитуха. К посоху сверкающей глазами полудворфийки потянулись полупрозрачные тени. Заплясали зеленые огоньки.
Наемник не стал ничего говорить. И так понятно, что женщина не отступит. Вон как рьяно начала осматривать лазы. Но Кайрон и без нее мог сказать, что эти норы, скорее всего, одиночные ходы для тварей. Ни крови, ни человеческих следов. Только следы лап, так знакомые после прошлой ночи.
Привлек внимание самый большой ход. Даже не лаз, а вход в пещеру, вырытую прямо под центром храма. Наверняка уходит в подземные ходы под развалинами, зверочеловек знал, что подобных строений без скрытых ходов не существует. На самом деле то, что он увидел на рухнувшей стелле, только подтверждало его догадку, но не давало ответов. Ответы, обычно, скрывались в подземных залах и переходах.
-Стоит проверить этот ход, возможно, что и найдем,-наемник втянул носом воздух. Пахло мерзко- сырая земля, гниль,затхлость.-Надо бы факелы заготовить.-наемник бросил взгляд вокруг. У него была пара небольших факелов, но этого могло и не хватить.
Но осуществить задуманное не успел. Кошачье ухо дернулось, ловя накатывающийся гул рычащих голосов, запах гнили усилился. Кайрон оскалился, потянулся к мечам.
-Много...больше, чем ночью.

Рейтинг поста: 1

Мерцающие огоньки встрепенулись на теле призывательницы. Они тоже чуяли – приближающихся было много. Проклятая, искажённая энергия жизни переплеталась меж собой, образуя плотное кольцо, заполняющееся жаждой крови. Фрейя готова была поклясться, что её собственная кровь стынет в жилах, а горло вот-вот зайдётся в предсмертном хрипе. Знакомый ужас захлестнул женщину, но в этот раз она была готова; не столько своей магией, сколько духом. Третий удар плети всегда будет менее болезненнен, чем первые два.
Ворожея не была уверена, что они победят в этом бою. Будь Кайрон хоть трижды лучшим наёмником всея земли – один, пусть и с поддержкой заклинательницы, он не выстоит против полчищ трупоедов. Взгляд Фрейи заметается по пространству в поисках пути для побега, пока кольцо хищников продолжало сжиматься вокруг своих жертв. Однако единственный выход находился за спиной – заботливо сделанный подкоп, уходящий вглубь руин некогда святого места. Но что их ждёт внутри? Не будет ли это самоубийством похлеще боя с тварями? В панике от волос заклинательницы отделятся несколько огоньков и нырнут вниз, оставляя за собой зеленоватые росчерки света. Внутри туннеля духи буду спускаться всё ниже, а снаружи Огневласая отринет все иные ощущения, сконцентрировавшись на том, что видели её маленькие помощники. Остекленевший взгляд серых глаз уставится в ничто, и она не услышит ни звона клинков своего спутника, ни хлюпанье воды под конечностями беснующихся в своём безумии монстров.

Холод. Сырость. Темень.
Глубже, глубже, глубже…
Затхлый, тяжёлый воздух мешает передвигаться. Внутри – не пусто. Та же прогнившая кровь, та же осквернённая жизнь.
Ещё глубже…

Воздух внезапно становится чист.
Тьма рассеивается, расходится волнами, обжигается когтистыми пальцами об ореол источника тепла. Он пылает огненной слезой в самом сердце скверны, не подпуская её к себе, но и не способный выжечь её, сдерживаемый оковами.

Ты видишь меня, хозяйка болотных малюток?

Видит. Один из духов, подобравшись слишком близко, сгорает в агонии. Фрейя вскрикивает и хватается за опалённое сердце. Фантомные ощущения, на которых заклинательница сконцентрировалась всей собой, казались до абсурдности реальными.
Видит. Слышит. Чует. Она пытается обратиться к невиданной силе, но вслед за сгоревшим духом умирают остальные.  «Что за дьявольщина?»
Не важно. Снующие под землёй твари боятся этого, а значит, там болотные гости смогут найти своё спасение хоть на краткий миг.
— Кайрон, прыгай! – закричит Огневласая, ныряя в нору. На объяснения не было времени.
Рыхлая земля осыпалась под руками, если пытаться за неё цепляться, но вместо этого полукровка прижала к себе посох и прикрывала голову ладонями. Оставалось надеяться, что зверолюд последует за обезумевшей женщиной. Падение для Фрейи вышло не долгим, но болезненным – отбитые колени, локти и бока яростно протестовали против сего жестокого обращения с собой. Когда же прорытый туннель закончился – ворожея первой улетит в пустоту. Она едва успеет создать из оставшихся при ней духов «подушку», замедляя падение. Воздух ощущался киселём, и покуда под ногами вновь не окажется твёрдая почва – Фрейя будет поддерживать своё не хитростное заклинание. Коли наёмник последовал за ней – ворожея попытается замедлить и его падение, чтоб тот успел сгруппироваться перед жёсткой посадкой. Хотя, коты ведь всегда приземляются на четыре лапы?..
Храм казался огромным. Сколь давно его покинули, что болото успело заглотить почти целиком? Оказавшись в одном из углов просторной залы, Фрейя с кряхтением поднимется и оглядится. Под ногами хрустели остатки плитки и мелких костей, с холодной водой смешивались испражнения подземных обитателей, каменные стены отражали скудные световые лучи, освещая пространство. А вдалеке, на высоком постаменте, сиял источник той силы, что ворожея почувствовала ранее. Он притягивал, соблазнял, игриво подмигивал и подзывал. И всё бы ничего, если не поднимать взгляд к потолку, где вдоль стен головами к низу расселись раздутые создания, похожие на тех тварей, что остались сверху и не последовали за своими жертвами. Убоялись всплеска невиданной силы?

Рейтинг поста: 1

29

Вой, рычание, хлюпанье приближалось. Их обступали со всех сторон. Наемник, тихо зарычав, потянулся к клинкам. Если бы его сейчас видел кто-то из знакомых, он бы сказал, что зверочеловек в крайней ярости. Уши прижаты, обрубок хвоста яростно хлещет по ногам, шерсть топорщится, глаза сверкают.
Сейчас Кайрон отлично понимал, в какую ловушку они попали. Тварей даже на слух, было очень много. Больше, чем было ночью. И они явно не собирались уходить, желая покарать дерзких пришельцев. Вот первые из них показались из-за камней и Кайрон вытянул клинки.
Первую тварь принял, располосовав ей брюхо. Короткий визг, в воздухе повис отвратительный запах. Вторую сбивает ударом голени, закованной в понож. Существо отлетает, врезается головой в камень. Слышится хруст. А потом напрыгивают сразу трое, начиная петлять и закручивать.
В какой-то момент Кайрон бросает взгляд на Фрею. Знахарка стоит, явно в трансе, даже не смотрит, что творится вокруг. Наемник успевает зарубить одно из чудовищ, нацелившееся на женщину. Затем начинает отвлекать оставшихся, понимая, что скоро тварей будет намного больше и он не сможет удержать всех.
— Кайрон, прыгай!-и удаляющийся шум. Наемник откинул от себя оставшихся тварей, бросил клинки в ножны и нырнул в зев прохода. Сзади раздался разочарованный вой.
Полет по грязному чреву прохода был не долог. Несколько кувырков, столкновений со стенами и наемник вываливается на открытое пространство. Воздух у пола, неожиданно мягко спружинил. Кайрон удачно приземлился на задние лапы, осторожно осмотрелся.
Похоже, они оказались в главном зале храма. Вот и еще одно подтверждение его древности-почти все здание оказалось погребено в трясине.
Темно здесь не было. Источник света, довольно яркий, располагался у дальней стены помещения. А вокруг, по верхам, сидело множество тварей. Точных копий тех, что остались наверху, только чудовищно раздутых.
Зверочеловек не рискнул заговорить, только глазами показал Фрее на источник сияния, взглядом обвел чудовищ и вопросительно поднял бровь. Нарушать местную тишину своим голосом он категорически не хотел.

Рейтинг поста: 1

Разбивать звенящую тишину Фрейя тоже не спешила. Интуиция и здравый смысл ей подсказывали – лучше попридержать язык, если нет желания стать главным блюдом дня тех, кто засел под потолком в своих неестественных ломаных позах. Женщина окинет взглядом своего спутника – не ранен ли? Вроде, нет. Пятна крови есть, но точно не принадлежат зверолюду. Хорошо. Как оба успели убедиться – нюх у тварей превосходный, а слух – и того лучше. Но почему тогда захватчики храма застыли, не отреагировав на столь грубое вторжение в своё логово? Встреченный на болотах трупоед слышал, как прогибается болотный настил под ногами своих преследователей, а заставшие стоянку наёмника и ворожеи монстры в ночи наверняка слышали их копошение, а то и дыхание. Подозрительно.
Перехватив посох, Фрейя кивнёт в сторону пьедестала и сделает первый шаг, вжав голову в плечи. Жуть, а не место. И всё же избавление было впереди – так думалось Огневласой, стоило её глазам возвратиться к мягкому свету, что источал неизвестный артефакт, на долгие годы погребённый под землю. Шаг за шагом женщина будет идти вперёд, а духи на её волосах начнут медленно, по одной искорке, улетучиваться, будто хохолок одуванчика под порывом ветра. Болотным жителям тоже было страшно. Они хотели бежать, бросив даже источник своего питания и силы. Своей волею Фрейя удерживала большинство из огоньков, но привязать каждого из нескольких десятков не могла. Пусть. Пусть идут. Поднимаясь наверх, духи освещали части тел подвешенных монстров, позволяя лучше их разглядеть. Ворожея и глядела, когда её глаза попривыкли к полумраку.
Резкий глухой звук падения, заполнивший залу, раздался где-то сбоку. Полу-гномка аж присядет, едва сдержав желание пискнуть что-то вроде «мамочки!». Одна из тварей спрыгнула. Или упала? Жуткий силуэт после падения продолжал лежать куда свалился, не шевеля ни пальцем, ни иной конечностью. Если Кайрон захочет посмотреть ближе – то увидит, что трупоед давно был мёртв, но внутри его – её? – живота копошились ещё не до конца развитые детёныши. Они питались внутренностями своего родителя, набирая вес, развивая собственные кости и мышцы. Запястья же пожертвовавшего собой ради продолжения рода до глубоких ссадин были перевязаны не то застывшими нитями слюны, не то паутиной. Видимо, за них мертвец и был прикреплён к потолку, но один из испуганных духов задел странный материал и повредил его. Дело за силой тяжести – и получите подарочек, господа и дамы.
Фрейя наслаждаться сомнительными видами не захочет. Хватит с неё и монстров, и их детёнышей, и вообще какая, хряк их придави, разница? Она не безумная учёная, которой лишь бы покопаться в очередной смертельно опасной пакости. Сжечь бы тут всё да ноги унести подальше. На то, как пылает логово (хотя начинала приходить мысль, что это – лишь его часть, которую лекарка окрестила про себя маткой), Огневласая посмотрела бы с удовольствием.
Женщина поднимется на ноги и продолжит свой путь к постаменту. Наконец добравшись до него – увидит очень короткий жезл с пылающим солнцем крупным, грузным камнем на конце. Рядом, заботливо поставленная на каменную подставку, располагалась отражающая свет зеркальная табличка с кучей неизвестных Фрейе закорючек. Впрочем, женщина готова была предугадать, что там написано: «не трогай – убьёт». Может, конечно, символы имели глубокий смысл и таили в себе великое знание прошлого, но ворожее на них было абсолютно и целиком начхать. Коли наёмник хочет – пусть глядит, смотрит, трогает, а сама она в стороне постоит. Да, в сторонке…
Свет от артефакта выжигал не только духов, но и саму магию внутри заклинательницы. Просто находиться рядом было тяжело. Посему пришлось отступить на несколько шагов назад, выходя из центра светового ореола. Фрейе казалось, что она даже слышала смех – заливистый, недобрый, насмехающийся. Веселье явно принадлежало тому же, кто задавал Фрейе вопрос чрез уничтоженных болотников ранее. «Всеока милостивая, а ну прочь из моей головы!» – мысленно вскрикнет Огневласая. ЭТО существо с каждым укусом сжирало всё больше и больше магической энергии, не оставляя ничего ни болотным огонькам, ни самой Фрейе.

Рейтинг поста: 1

31

Кивнув головой на жест Фрейи, Кайрон мягко двинулся вперед. Лапы кота беззвучно ступали по плитам пола, заросшим по стыкам мхом и чахлой травой. Осторожно осмотрелся, отмечая висящие фигуры, удивительно неподвижные. Знахарка уже ушла вперед, в сторону светящегося нечто.
Кайрон быстро нагнал женщину, настороженно крутя головой. И все равно пропустил момент падения одной из раздутых туш. Полугномка присела, а зверочеловек оскалился, повернулся в сторону звука, готовый обороняться.
Нападения не последовало. Кайрон подошел к туше и скривился. Тварь была мертва, давно мертва. Но внутри ее теплилась новая жизнь, опасная, извращенная, отвратительная. Кайрона обуревали противоречивые чувства. С одной стороны хотелось раздавить, разметать на ошметки мерзких тварей, копошившихся в теле мертвого чудовища. С другой стороны, Кайрон а передергивало от одной мысли, что можно прикоснуться к этому, даже не лапами, а клинком. Казалось, что благородная сталь осыпется мгновенной ржавчиной. В итоге благоразумие, а может отвращение, победило. Похоже и Фрейя решила, что лучше оставить тушу в покое.
Вскоре они приблизились к источнику света. Кайрон обратил внимание, что его спутница морщится, как от зубной боли и старается не приближаться, не вступать в круг особо яркого света. Наемнику же только яркий свет резал глаза, но терпимо.
Протягивать лапы к артефакту зверолюд благоразумно не стал. А вот табличка привлекла его внимание. Кайрон приблизил к ней морду и с удивлением понял, что начертанные знаки не имеют ничего общего с теми, что он увидел наверху. Если там древние руны неизвестного языка явно напоминали те, что наемник видел в том храме, где погибли его друзья, то здесь они были знакомы. Нет, тоже старые, это наречие давно не используется, да и знают его, в основном, библиотекари, историки и артефакторы. Кайрон в свое время немало провел в библиотеке мага в родном Хексе. И сейчас слова древнейшего эльфийского языка всплывали в памяти.
Конечно, дословный перевод Кайрону был недоступен. Слишком сложно писали первые эльфы, обороты их современного языка не шли в сравнение с теми замудренными предложениями, что писали их предки много сотен лет назад. Но понять было возможно. Кайрон отступил назад, к знахарке.
  -Это артефакт. Очень старый. И опасный. Как я понял, в камень заключен древний дух огня. Очень голодный и обозлившийся, учитывая сколько времени он в заточении.-шепот Кайрона на пределе слышимости. Сам кот был немного сбит с толку. Находка выдающаяся, но вот взять ее или использовать? В голове наемника стал зреть смутный план, взгляд пробежал по рядам висящих трупов, наполненных мерзкой жизнью.

Рейтинг поста: 1

— Дух? Точно не какой-нить демон или результат больной фантазии пришибленного спири… спри… Тьфу ты господи, спиритуалиста? – пробурчит Фрейя, отмахиваясь от света, как от назойливой мухи. Кыш-кыш, противный, и без того брюхо набить успел беззащитными болотниками. – Я эту штуковину трогать не буду, как и пытаться знакомиться с тем, что внутри, – на всякий случай предупредит заклинательница, выпучив глаза; а то мало ли, какие мыслишки бегают меж ушей у кошколюда.
Однако же дух огня звучало интересно. В другой ситуации, когда солнценосный милок не хотел бы её пожрать, Фрейя может и решилась бы выйти на контакт. Хотя бы из любопытству ради, кто в сим теремочке живёт. Увы, сейчас ситуация к этому не располагала совершенно. Женщина предпочла бы оставить находку, где она лежала, а самой двинуться дальше. Даже после того, как её взгляду предстала картина из некросамок (или некросамцов? эти твари вообще по полу делятся?), вынашивающих в себе детёнышей, Огневласая продолжала надеяться, что пропавшая Манька жива. Надежда та была глупой, отчаявшейся, но в иное Фрейя верить не хотела из чистого упрямства.
Она привыкла к смерти. Всю свою жизнь она равно видит чудо рождения жизни и горесть ухода душ из тел, но просто так принять последнего не могла. Бороться до последней капли пота и крови, до последнего вздоха и взгляда. Покуда есть призрачная возможность спасти жизнь – Фрейя Огневласая, Хозяйка, деревенская лекарка и ворожея будет пытаться. Когда последняя возможность упущена – тогда, и только тогда, полукровка опустит руки. Нынешнее же положение заставляло её сдаться прямо здесь и сейчас. Кайрон будет прав, если скажет, что надо убираться. Фрейя и сама это знает. Здравый смысл её не покинул, но сердце – о, бешено колотящееся сердце, напоминающее о долге перед самой собой – не унималось. Ресницы станут влажными, а в горле застрянет комок от сдерживаемого крика безнадёги.
— Мы не найдём её, да? – шмыгнёт носом ворожея, обращаясь не столько к зверолюду, сколько к самой себе.

Она была вкус-с-сной.
Вновь зашипит голос в голове, надменно хихикая. В груди заклекочет гнев, и Фрейя, потеряв над собой контроль, подскочит к постаменту и попытается схватить заточённого в жезл духа. Кайрон легко остановит её руку, дабы избежать последствий. Если же он не захочет этого сделать – то заклинательница со всей злости бросит артефакт в пол, высвобождая пленника из его клетки.
Замолчи. Замолчи.
ЗАМОЛЧИ!
И разразится пламя, неконтролируемой, чистой яростью своей стихии погребая под собой осквернённую священную обитель, его захватчиков и двух забредших чужаков. Или же, возьми кто контроль над заточённым духом осознанно, всё произойдёт иначе?

Рейтинг поста: 1

33 (2019-12-02 21:35:05 отредактировано Kairon Woolly)

-Ну, по крайней мере я так думаю,-Кайрон кивнул на золотую табличку с рунами,-Наречие очень старое, сейчас его уже не используют. Сам не могу сказать, что все в точности перевел, но смысл понятен-огненное нечто сидит в камне и ждет не дождется, когда его выпустят.
– Я эту штуковину трогать не буду, как и пытаться знакомиться с тем, что внутри,
Кайрон согласно хмыкнул. Обошел постамент с жезлом, осмотрел саму подставку. Может найдется, что-то интересное. Трогать артефакт наемнику не хотелось. Зверолюд спустился на одну ступеньку вниз, осматривая камни, в поисках еще каких-нибудь надписей.
— Мы не найдём её, да?
-Что?-наемник поднял голову и недоуменно посмотрел на ворожею.
А потом все понеслось вскачь. Что управляло Фрейей, какие силы или эмоции, наемник тогда не знал. Он даже не успел ничего предпринять, только подскочил к полугномке. Камень жалобно дзинькнул, рассыпаясь мелкими брызгами, а из осколков начал медленно подниматься огненный вихрь.
-Бежим!-наемник схватил женщину за руку и потащил в глубь зала. Он не знал, что делать, куда бежать. Главное-подальше из этого зала, в котором скоро будет жарче, чем в кузнечном горле. Дух освобожден и набрать ему силу-вопрос времени.
Им очень повезло. В дальнем углу оказался портик входа в зал. Засыпанный землей, почти до самого верха. Оставалась узкая щель под самым потолком.
-Наверх, быстро!-рявкнул Кайрон. Гудение пламени сзади нарастало, сквозь него слышался безумный смех и шипение.
Зверолюд помог знахарке влезть в лаз и сам вкрутился в узкий проход. Обдирая плечи и бока, пополз вперед, за Фрейей. А в зале раскрывался огненный цветок. Лопались, шипя, туши мертвых тварей, извивались зародыши, сгорая дотла. Пламя набирало силу, проникая во все щели и ниши, выжигая все, до чего могло дотянуться.
Ход начал расширяться, завал сходил на нет. Кайрон зашипел, когда пламенные языки достали его. Запахло паленой шерстью. Но они уже выбрались из зоны поражения. Наемник, рыча и ругаясь, скатился с земляной насыпи. Его шкура дымилась, зверолюд катался по плитам пола, пытаясь погасить искры, пляшущие на шерсти. Наконец он поднялся.
-Это было весьма...неоднозначное решение.-голос наемника пробивал рычащими нотками. Ему не совсем были понятны мотивы знахарки. Хотя...она добилась своего, наверное. Наемник был полностью уверен, что гнездо выжжено, а дух еще будет бесноваться несколько дней, пока не умрет от отсутствия пищи для огня. Да и выжили ли монстры, что их преследовали до зала-большой вопрос.

Рейтинг поста: 1

Из разжигающегося магическим огнём пожара Фрейя выберется не столько благодаря себе, сколько реакции Кайрона. Ярость, гнев, непринятие продолжали бушевать в маленьком теле, перекликаясь с восторгом и ликованием дорвавшегося до свободы огненного создания. Женщина бросит последний гневный взгляд на зачатки огненного урагана, прежде чем будет схвачена лапой наёмника и утащена обратно вглубь залы. Огонь лизал подол юбок, опасно плевался искрами в сторону убегающих освободителей и смеялся, смеялся, смеялся. Насмехался над слабостью тварей живых да мёртвых, упивался собственной силой и мощью. Фрейю сносил поток чужой воли и чувств, спасение от которых в одном – бежать прочь, покуда сам не сгорел.
Чудом ли, или благодаря звериному чутью, Кайрон смог отыскать выход из проклятого места. Вскарабкавшись к проходу, Фрейя вся сожмётся и поползёт вперёд, подгоняемая кошколюдом. Пахло палёной шерстью и волосом, сгорающей гнилью и плотью. Удары собственного сердца отдавались эхом в ушах, и за ними ворожея не услышит ни того, как падают с потолка мёртвые носители следующего поколения трупоедов, ни то, как лопаются их животы и визжат в агонии нерождённые твари.
Свежий воздух станет избавлением. Огневласая кубарем выкатится наружу и тут же откатится в сторону, освобождая пространство для Кайрона. Ещё до того, как наёмник заговорит, Фрейя по нечленораздельным ругательствам, ощетинившейся шерсти и недоброму прищуру янтарных глаз очевидно поймёт – кот явно внезапный импульс своей спутницы не одобрил. Да и Юок с ним!
— Не у тебя в голове копались! – рыкнет в ответ ворожея, всплескивая руками и не отводя собственного взора от взгляда наёмника. – Не знаю, куда этот дух потом денется. – Фрейя качает головой, краем глаза замечая, что часть волос опалена пламенем. – Небось сам себя пожрёт, зато вместе с тварями. При таком никто не выживет…
Коли Кайрону будет что сказать – полу-гномка его выслушает, а может чего и ответит. Возможно, наёмник предложит вернуться в деревню, если же нет – спустя некоторое время Огневласая сама озвучит эту мысль. До неё не сразу дойдёт, что мертвы-то только те, что внутри были. Если их недавние преследователи остались снаружи – не миновать беды селу, как пить дать. Неизвестно, могут ли монстры испытывать хоть какое-то подобие желания мести, или их гнал только голод… Но если же обмозговать их поведение до недавнего времени – могло бы и такое. Лучше переоценить врага, чем недооценить.

Рейтинг поста: 1

-Выгорит.-наемник мрачно покосился в сторону полузавленного выхода из которого даже сейчас доносился запах горелого мяса.-На какое-то время духу хватит...пищи. Потом все. Угаснет. Выйти не сможет.
Злость проходила. Кайрон догадывался, что знахарка поступила так не из прихоти. Видимо были причины. Он не мог знать, что женщина чувствовала вблизи такой силы. Но в его жизни был человек, который остро чувствовал эмоции окружающих. Возможно, здесь имеет место нечто подобное. Расспрашивать Кайрон не стал, захочет-сама расскажет. Зверочеловека беспокоило иное.
-Огонь выжег логово...надеюсь оно было единственным. Но вот взрослые твари. Они, наверняка, остались целы. И не думаю, что они будут рады тому, что произошло. Это не звери с их инстинктами. Как бы не вздумали мстить. Вдвоем мы не справимся. Предлагаю возвращаться. Надеюсь, мы сможем объяснить деревенским ситуацию и они будут готовы собрать людей для охоты или отпора.
Если же нет...наемник не хотел об этом думать. Тогда местным придется бросать деревню и уходить в более безопасное место. Или посылать за войсками или отрядом наемников, собрав для оплаты все, что можно. Кайрон трезво оценивал свои силы. Он видел тварей и понимал, что один он не справится. Фрейя, конечно, обладает какими-то силами, но и этого мало. Тут пахло именно войной на уничтожение. Или монстры, обозленные уничтожением потомства, или деревенские. Старосте в этот раз не удастся отсидеться в стороне.
Кайрон не собирался бросать все на волю Всеоки. Конечно, про награду придется забыть, но местным он поможет по мере сил.

Рейтинг поста: 1