Этот конкурс является чем-то вроде конкурса фанфиков, где ваш герой, либо иные герои форума - главные действующие лица, а мир Врат - место действия. Наступила зима, снег кругом, а персонажи не сидят на месте, а ищут странствий!
В истории могут быть задействованы любые лица. Вещи, артефакты, монстры: любая составляющая рассказа, которую только придумает ваша фантазия, может существовать. Не ограничивайте себя!
Вы можете описать Новогоднюю историю, либо обычный заснеженный день, на что только хватит фантазии! :)

https://i.imgur.com/sglRtFe.png
В конкурсе 4 номинации: Тематика, Юмор, Романтика, Эмоциональность. Также существует такое понятие как приз зрительских симпатий - её получит самая понравившаяся игрокам история.
"Приз зрительских симпатий": если вы хотите проголосовать за какую-то работу, можете написать администрации в ЛС, после того, как набор на конкурс закончится. Голосовать можно только за 1 работу.
Все желающие могут выкладывать работы в эту тему под сокрытием в оченьмногооооченьмного сообщений. По завершении набора сокрытие удалится и все участники смогут прочитать рассказы.
Минимальное количество символов: 4000.
Максимальное количество символов: 20000.
Все вопросы по конкурсу также можно задавать в этой теме.
Сроки: 25 декабря - 5 января. 6 января все желающие могут проголосовать за понравившийся рассказ, 7 января - окончание конкурса и подведение итогов.

ПРИЗОВОЙ ФОНД:

В основных номинациях:
12000 серебряных монет, 10 новогодних подарков, наградка-значок в профиль и 1 билет лотереи Фортуна.

Приз зрительских симпатий:
5000 серебряных монет, 5 новогодних подарков, наградка-значок в профиль и 1 билет лотереи Фортуна.

Поощрительный приз:
3000 серебряных монет, 5 новогодних подарков, наградка-значок в профиль и 1 билет лотереи Фортуна.

Рейтинг поста: 9

2 (2020-01-04 16:09:47 отредактировано Liarra)

https://i.imgur.com/ECHodHV.jpgЛили проснулась от шороха в темноте каюты и, едва приоткрыв глаза, уловила движение. Но, прежде, чем она успела что-то предпринять, услышала мужской голос:
- Киса, вставай!
- Да ты так шумишь, что я уже почти встала, - фыркнула чародейка с улыбкой. Затем посерьезнела. - Что случилось, пап?
- Время пришло! Жду снаружи.
Пиратка снова заулыбалась и выскочила из каюты, накинув куртку и захватив что-то тщательно сложенное и перевязанное обычной бечевкой.
Эйстром уже успел оказаться на палубе и теперь стоял, облокотившись на борт. Это был красивый мужчина средних лет с чёрными волосами и яркими зелеными глаза - прямо как у его дочери. Достаточно сильный и уверенный, чтобы вести в бой команду пиратов.
Чародейка подскочила к капитану и встала рядом, подавляя зевоту.
- Посмотри, как красиво, - обратился Кот к Лиарре.
Ночь окутывала вставший корабль и стелилась до горизонта. Но мириады звёзд, рассыпанные по черному небосводу, отражались в морской глади и освещали путь. А тишину нарушал лишь привычный плеск воды.
- С Новым годом, - проговорил через некоторое время Эйстром, налюбовавшись, и протянул дочери сверток. Она с горящими глазами ухватилась за подарок, передавая в ответ свой.
- И тебя, пап! Я сама сделала, - похвасталась она, словно маленькая девочка, пока они оба разворачивали свои дары. - Вот это да-а! Он прекрасен! - в её руке был длинный чуть изогнутый кинжал с темной сталью, отливающей синевой. пантера покрутила его, оценивая баланс. - Спасибо! Это точно лучший в мире кинжал!
Мужчина, искренне улыбаясь, тем временем надел чёрный жилет, отороченный кроличьим мехом.
- Ну как я? - покрутился капитан перед Лиаррой. Та, сделав очень серьёзное лицо, несколько раз потребовала повернуться то одной стороной, то другой. Эйстром честно выполнял требуемое, пока не понял, что его дурят. - Вот ты зараза, плюшечка! - рассмеялся капитан.
- Эй! - возмутилась чародейка, смешно уперев руки в бока. - Я просила так меня не называть!
- Неужели? Каждый раз забываю, - притворно вздохнул оборотень, сокрушенно качая головой. После чего получил тычок в ребро, но в ответ взлохматил волосы Лили.
- Остальные ещё спят? - позже спросила девушка, когда они снова просто смотрели на звёзды.
- Да, я не стал их будить. Хотел немного побыть с тобой, - он посмотрел на дочь с теплотой и приобнял за плечи. - Мне жаль, что я не узнал про тебя раньше. Кажется, мы так много потеряли.
- Ничего, наверстаем, - она улыбнулась, с любовью глядя на мужчину.
- Верно! У нас ещё много времени впереди! - кивнул капитан и поцеловал чародейку в макушку.
- Будем вместе до конца, - подхватила она весело. - Идёт?
- Идёт! - он со смехом хлопнул по подставленной ладони, закрепляя их договоренность.

***
https://i.imgur.com/bcjJT09.jpgУраган подхватывал корабль, швыряя в разные стороны. Он был сильнее, чем все предыдущие, но Лили держалась изо всех сил, защищая своей магией паруса, корпус и всё, до чего могла дотянуться. В её голове горела мысль “только не опять”, воспоминания из прошлого снова её настигли.
Сегодня она была сильнее, но.. Стихия вновь победила её. Небольшая прореха в куполе - и с места срывает потоком ветра плохо закрепленный карабин. Чародейка, получив неожиданный удар в голову, упала, теряя управление над заклинанием.
И она лишь успела заметить бегущего к ней отца, прежде чем волна накрыла её и утащила за собой. Крутила, играясь, швыряла вверх, давая вдохнуть, и утаскивала вниз.
Лиарра смогла выбраться и в этот раз, будто кто-то из богов издевался над ней. Она держалась за какой-то кусок судна, которое разметало о рифы и прибрежные скалы. А затем прибило к берегу, где собрались остатки её команды. Такие же потрепанные и избитые как она. Кто-то подошёл к чародейке, загораживая свет.
- Пап? - но это был не он. - Где Эйстром? - Младшая поднялась, чуть покачиваясь. Оглядела сидящих и лежащих на песке людей. Капитана среди них не было, и все отводили глаза. - Где капитан? - повторила Лиарра с надрывом. Но его не было среди выбравшихся.
- Нет.. Нет-нет, - оборотница попятилась.
- Киса, это не твоя вина, - сказал Трот.
И тогда она закричала. Черпая пальцами песок, принялась швырять его в море, пытаясь выместить на воде свою детскую боль. До тех пор, пока сил не осталось, и всё, что оборотница могла - это стоя на коленях ронять слёзы в и без того солёные волны.

***
https://i.imgur.com/FnWX2fA.jpgОна лежала в снегу, белом, что постепенно становился красным. Женщина в изодранном распахнутом меховом плаще, сквозь прорези которого сочилась кровь. Алая, бордовая.. Снег под ней постепенно принимал в себя эти оттенки, окрашиваясь одинаково тревожным цветом.
Вздрагивала иногда, не пытаясь встать.
В какой-то момент над ней нависла мужская фигура, закутанная в шкуры и меха. Чёрные волосы трепал ветер и закидывал снежинками. Лицо правда было мутным, и раненой пришлось прищуриться, чтобы сфокусировать зрение.
- Скверно выглядишь, - фигура наклонилась, и черты лица стали более четкими, узнаваемыми. В зелёных глазах вспыхнул испуг, но, быстро перегорев, превратился в понимание.
- А. Привет.. пап, - она говорила тихо, еле выговаривая слова растрескавшимися губами. Иногда ей казалось, что за прошедшие годы совсем позабыла, как он выглядел, но сейчас его образ был таким ясным - словно они виделись вчера.
Эйстром покрутил головой и, увидев лежавшую невдалеке тушу мёртвого монстра, одобрительно кивнул.
- Завалила его первой, молодец, моя девочка, - довольно улыбнулся капитан. - Только ты никак сама помирать собралась? - поинтересовался он.
Женщина издала хриплый звук и дёрнулась, будто попыталась засмеяться, но не смогла.
- Насколько.. всё плохо? - выдавила раненая, вместе со словами выплёвывая сгусток крови, стекавший теперь по щеке.
- А что ты чувствуешь? - отец окинул её оценивающим взглядом.
- Холод.. - она и правда больше, кажется, ничего не чувствовала и не могла пошевелиться. - Зачем.. ты здесь?
- Это у тебя надо спросить, - хмыкнул мужчина, обходя дочь с другой стороны.
Зачем? Потому что одной слишком страшно умирать? Потому что он обещал? Лиарра ничего не ответила, да и какой смысл - на вопрос самой себе.
- Закрывай глаза, плюшечка.
- Не хочу, - она скривилась, всхлипнув. Боялась, что это видение исчезнет, стоит ей сомкнуть веки. Так не хотелось снова оставаться одной. И она не прекращала неотрывно смотреть на того, кого потеряла много лет назад. С неба продолжал сыпать снег, тая на её коже, растворяясь в её крови, опускаясь белыми хлопьями на волосы и ресницы.
- Ты побудешь.. ещё со.. мной?
- Конечно, - Эйстром сел рядом, скрестив ноги, прямо в снег.
- До конца?
- До конца.

Рейтинг поста: 5

3

Зимний вечер, когда вьюга бушевала за окном, а мороз незаметно вырисовывал свои дивные росписи на стеклах, в одном небольшом домике, у затопленной печи сидела тасаури держа на коленях сына. Мальчик отчаянно жался и ластился, требуя внимания и обнимашек, мать же заботливо прижимала свою кровиночку к себе и тихо рассказывала ему истории. Ее голос был спокойным, умиротворяющим, а повествование захватывающим и интересным. То причудливые сказки слетали с ее уст, то легенды, а то и вовсе поучительный и как правило печальные истории. Вот и сейчас она начала очередной рассказ.
Это было давно, в одной далекой деревушке жили-были парень и девушка. Они были тайно влюблены друг в друга. Ну как тайно, парень никогда не скрывал своих чувств и всячески пытался ухаживать за своей возлюбленной, а вот девушка. Она была через чур подвластна чужому мнению. Боялась, что же скажут окружающие, ее друзья и знакомые на то, что ей нравится такой обычный, ничем особо не приметный парень. Она стеснялась, воротила нос, принимая подарки с демонстративной неохотой. Хихикала с подружками, обсуждая какой же он навязчивый и неуклюжий, а мысленно восхищалась тем какой же он милый несмотря на всю неуклюжесть, какой он заботливый, несмотря на насмешки других, как он тянется к ней, превозносит ее, воспринимая такой, какой она есть. Видя ее настоящую, за всеми теми масками гордыни и неприступности, что так привычно одевались для подружек и друзей.
Пришла зима, деревушку укутала белоснежная пелена, игриво поблескивая на солнечном свету. В один погожий денек, она сидела на крыльце дома, как обычно в окружении пары подруг. Он подошел, с улыбкой и подарком. Пусть это было всего лишь печенье, что рано утром испекла его мать, в форме елочек и звездочек, снежинок  и снеговиков. Он хотел угостить ее, поделиться самым вкусным, самым сокровенным, что у него было. Но завистливые подружки снова начали высмеивать его намерения. И тут одной из них пришла в голову мысль. Если он так хочет доказать, свои чувства, то пусть принесет их ненаглядной подруге «Зимнюю искру». Именно так назывался загадочный цветок, что на удивление всем взгодам и невзгодам расцветал глубоко в лесах в преддверии нового года. Девушка, поддавшись давлению подруг, повторила их предложение, ну а юноша само собой согласился. Как бы он мог отказаться? Когда его любовь была так чиста и невинна, ведь он так хотел порадовать ее, что бы она наконец смогла им гордиться и приняла его чувства. Без какой либо задней мысли он срывается в дорогу, взяв с собой лишь то самое печенье, что пекла его мать.
Уже давно за горизонтом исчезли огни деревни, лес окружал со всех сторон. Куда идти – он не знал. Да и никто не знал, ведь о Зимней искре ходило множество историй, но в живую этот цветок никто никогда не видел. Но разве это могло остановить юное горячее сердце? Он шел, не ведая усталости, шел вперед, даже когда перестал ощущать пальцы рук и ног. Он искренне верил, что сможет найти загадочный цветок. Представлял как ахнут в изумлении девчонки и его возлюбленная крепко обнимет его, а быть может и вовсе одарит поцелуем в щеку! А где-то там, в деревне и она сидела у окна. Смотрела в запорошенную снежную даль и ждала, ждала и представляла. Вот он вернется с этим самым цветком и тогда, никто больше не будет над ним смеяться, ведь еще ни один парень не делал ничего подобного, не находил Зимнюю искру. Он будет ее героем, ее отважным рыцарем и тогда, она сможет без стеснения и боязни принять его ухаживания.
Яркие искры привлекли внимание. Он остановился, замер. Сердце бешено затрепетало в груди. Взгляду открылась небольшая полянка, буквально усеянная нежно голубыми, будто бы полупрозрачными цветами. Они мирно покачивались в такт мягким порывам ветерка, то и дело поблескивая на лунном свету. Кроме цветов на полянке кружило с десяток зимних фей, одна из которых заметила паренька. Она подлетела к нему и предложила присоединиться к из полуночному хороводу. Она звала его с собой. Забыть про дом и семью, забыть про ту самую красавицу, что навсегда пленила его сердце, обещала множество благ и вечное счастье и веселье в их дружной семье.
- Неужели он согласится и уйдет с феей? Малыш поерзал, удивленно глядя на мать.
Да. В итоге, он согласился присоединиться к хороводу фей. А его возлюбленная так и не дождалась своего рыцаря с заветным цветком. Вот только, это было отнюдь не потому, что он решил забыть о своих чувствах, а как раз наоборот. Во время разговора, загадочное зимнее существо привело один неоспоримый аргумент – она попросила его обернуться. А обернувшись, он увидел в снегу свое бездыханное замерзшее тело. Он все равно уже не смог бы вернуться, как сильно бы не желал. Потому он и выбрал другой вариант – стать зимним духом, присоединиться к волшебному хороводу, что бы хотя бы раз в году, в преддверии рождества он мог увидеть ее снова. Снежинкой упасть на ее пунцовые от мороза щеки, ветерком поиграть с прядями золотистых волос, незримо, неощутимо коснуться ее руки… И тогда вздрогнет девичье сердце, от тоски и боли, в тот краткий миг вспоминая улыбчивого милого парнишку.
Рука заботливо растрепала волосы мальчугана. Так что, мой милый, если ты когда-нибудь будешь чувствовать симпатию или любовь, никогда не бойся признаться в этом, как не стоит бояться осуждения и чужого мнения. Ведь ничья гордыня, зависть и боязнь насмешек не стоят ни твоего счастья, ни тем более человеческой жизни…
Она замолчала. Комната погрузилась в тишину и лишь пламя тихо потрескивало в камине.

Куплю:
1. [Рецепт "Филе рыбы с водорослями слабосолёное" (кулинария)]
2. [Рецепт "Рыба, запечёная с апельсином" (кулинария)]


http://sd.uploads.ru/t/NyxRG.png

Рейтинг поста: 4

Картинка в шапке темы навеяла идею, и вот я здесь (хоть и не планировал).
Памяти Самой Красивой Улыбке Тум-феннас-Доре и прекрасному пекарю посвящается!
У волшебных событий есть два зрителя: тот, кто чудо получает, и тот, то это чудо создаёт.


По ощущениям, это был первый призыв за пару лет - не удивительный перерыв, но и нечастое событие. Валет вдохнул холодный воздух и открыл глаза: благословенно время темноты и забвения, но он создан для работы.

Зима. Ну конечно. После перерывов его часто призывали в неблагоприятных для хозяина условиях: в холоде, в воде, во тьме подземелий, посреди огня. Первый призыв всегда самый важный: нужно понять владельца, и как можно скорее обрести над ним власть.

Хорошо, если бы этот призыв был случайным, и владелец не знал о существовании Валета. Это бы существенно облегчило и работу, и Сбор.

Впрочем, слова обычного приветствия умерли прямо в горле, когда Валет посмотрел вниз, на нового владельца. Закрыв глаза, Валет помассировал переносицу в слабой надежде на то, что всё ложь, и он просто оказался в плену галлюцинаций, за века окончательно испортившись или, кто знает, даже порвавшись.

Приоткрыл один глаз. Ничего не поменялось.

Валет промолчал, а затем вздохнул, присаживаясь на корточки перед плачущим владельцем. Он — Монеты, а не Кубки, поэтому не знал, чем и как можно утешить людей. Зато он даже сквозь века помнил, что детям, особенно таким крошечным, не место посреди леса, в полумраке заходящего солнца, среди холода и снега.

Сколько может выдержать ребёнок на морозе? Наверное, недолго. Его новый владелец умрёт быстрее, чем сможет отдать приказ.

Просто потрясающе.

«Почему ты плачешь?»»

Ребёнок вздрогнул и сжался в ещё меньший комочек, обхватив толстыми варежками свою корзинку. С иканием, в слезах, он поднял голову, и в обрамлении мехового капюшона Валет увидел красное, опухшее от слёз, но определённо девчачье лицо. Непонятно, кто удивился сильнее: Валет, в котором ещё смутно жили воспоминания о рыцарских днях и защите слабых, или девочка, увидевшая перед собой одинокого незнакомца в доспехах.

«Я спросил: почему ты плачешь?»

Она шмыгнула носом, безуспешно пытаясь вытереть лицо варежками, но лишь сильнее размазывая по себе разные слёзы и сопли. Валет поморщился.

Я… Я потерялась, — какой же у неё тонкий голосок! Этот ребёнок точно уже может сам ходить? Кажется, что она должна ещё ползать у материной юбки. Валет неопределённо промычал, вновь раз внимательно оглядывая ребёнка. Она была закутана в меха, но они явно видели не одну зиму до этого: отсутствовали целые клоки, Валету казалось, что он заметил целую проплешину. Явно малышка из небогатой семьи.

Девочка нервничала, но несильно: казалось, со слезами из неё ушла вся энергия.

Сэр… а вы тоже потерялись? — Валет моргнул, а затем улыбнулся.

«Можно сказать и так. Но я могу вернуть тебя домой, дитя, а после и мой найдётся»

Она нахмурила лоб, всё ещё шмыгая носом. Не сразу отвечает: либо тугодум, либо умная. Впрочем, оба этих варианта играют на руку Валету. Жаль, конечно, пользоваться такой малышкой, но жизнь в принципе несправедлива.

Но, сэр, — она всхлипнула ещё раз, — разве вы не потерялись, как и я?

Валет улыбнулся: всё же умная. Он подмигнул и приложил палец к губам: в некотором смысле то, что он скажет, и правда секрет.

«Но ведь я не обычный рыцарь. Мы можем помочь друг другу: стоит тебе только пожелать, и мы мигом очутимся на твоём крыльце»

Желая подтвердить свои слова, Валет взмахнул рукой, и между его пальцев заиграла янтарная монетка — даже в полумраке она сверкала так, словно находилась под светом солнца. Валет подбросил монету, и она, прощально блеснув, исчезла в воздухе.

Девочка смотрела, открыв рот: похоже, она редко видела магию в своей жизни. Валет ухмыльнулся, словно показал всю свою мощь, а не обычные уличные фокусы (в это время такие трюки хотя бы всё ещё считаются развлечением новичков?)

Валет протянул руку и улыбнулся как можно дружелюбнее:

«Но, чтобы вернуть тебя домой, мне нужно немножко твоей помощи. Просто скажи: “отдаю половинную долю моего достатка, от сего дня до последнего дня, да без принуждения, а по желанию и во имя исполнения требований моих, Валету из масти Монет”»

Девочка нахмурила лобик и беззвучно зашевелила губами, словно пытаясь разобраться в том, что услышала. Валет её понимал: даже в его время Сбор звучал архаично, и это ещё удалось перевести формулу на современный язык.

И… И тогда я вернусь домой? — она была смущена, но Валет не беспокоился: одна, в лесу, девочка точно согласилась бы даже на самое жуткое предложение. Сбор будет выполнен, а малышка будет думать, что заплатила за своё возвращение. Милый такой обман: Валету приходилось красть энергию куда более сложными способами.

«И ты вернёшься домой: вот так всё просто! Давай, я помогу тебе: я буду говорить часть фразы, а ты — повторять. Это заклинание точно-точно сработает!»

Разумеется, Сбор сработает: малышка могла отдавать приказы Валету по праву владения с самого момента его физического появления. Будь здесь другой владелец, Валет бы потратил годы, чтобы окрутить его Сбором.

Он лишь берёт немного платы за всё, что может сделать.

Но то, как говорится, о чём не знаешь, о том и сердце не болит.

Её голос дрожал: Валет не знал, сколько времени она плакала, но дрожь до сих пор была слышна в её словах. Некоторые слова приходилось повторять чуть ли не по буквам, но Валет терпелив. Чувство стремительного потока силы, наполнявшего его оболочку, стоило любого ожидания.

«Молодец, малышка. А теперь пожелай вернуться домой»

Она вытерла покрасневший нос.

Я… Я хочу попасть домой, к папе!

Это было легко, исполнять желания — ради этого он и существовал. Валет почти кожей ощущал, где находится дом ребёнка. Он улыбнулся и встал, отряхнув колени от снега. Тащить ребёнка на себе не хотелось, поэтому Валет призвал своего коня — или, точнее, часть своей сущности.

Девочка вскрикнула, когда из воздуха появился конь в полном боевом облачении: чёрный, как ночь, с сияющими монетами, обрамляющими грудь, а грива его была смугла, как кожа самого Валета. Зверь ткнулся носом в щёку Валета и без интереса покосился на нового владельца.

«Молодец, малышка. А теперь давай, сядем на эту лошадку, и она доставит нас к тебе»

Девочка лишь пискнула, когда Валет подхватил её — да в ней и весу-то нет! — и усадил на седло. Вцепившись в рожок, она сжалась в комочек, пытаясь обхватить ногами бока коня, словно могла вот-вот свалиться. Валет подхватил корзинку и легко запрыгнул в седло позади девочки и с лукавой улыбкой вручил ей поводья. Изумлённое лицо ребёнка стоило того!

Конь (Валет) знал, куда нужно было идти — место не слишком далеко, но такой малыше добираться нужно было точно не один час, да и солнце уже почти село. Валет причмокнул губами, и конь, повернувшись в нужную сторону, побежал лёгкой рысцой, постепенно набирая скорость. Был бы зверь настоящим, то непременно переломал в темноте ноги, но малышка не задавал никаких вопросов. Девочка крепко держала поводья, и больше напоминала испуганный меховой шарик.

«Так... что ты делала одна в лесу?»

Она неловко пошевелилась и замерла — видимо, боялась слишком уж сильно опираться спиной на своего нежданного спасителя.

Я потеряла дорогу, — её тихий голос был почти неслышным из-за ветра. — Выхожу за ворота, а там такой снег поднялся! Всё замело. Я постоянно ходила одной дорожкой, помнила все приметы, но… но потом поняла, что места незнакомые, и сосны нет, которая такая смешная, с дыркой в стволе… Взрослые не плачут, но я так испугалась! Думала, что всё, помру, и меня волки съедят в снегу, и папа так и будет меня искать. Я… Я правда не плакала! Просто…

Валет положил ей на голову руку и погладил меховой капюшон. Да уж, не будь при ней Валета, то, вполне вероятно, дитя так бы осталось там, посреди леса, холода и испуга. Малышка всхлипнула и, всё ещё держа поводья, потёрла лицо кулачками.

Просто… просто так было обидно! И пирожки у меня все скупили, и одна бабушка даже несколько серебрушек за праздник дала! А я… я потерялась… И сижу как дурочка в сугробе, а с деньгами…

Валет поднял бровь: понятно, почему девочка сидела, вцепившись в корзинку. Сколько у неё там денег? Сущая мелочь. Валету, привыкшему думать в масштабах золотых, такая сумма была смешной.

Но у неё там не только деньги, но и сам Валет. Любопытно, откуда? Часто Валета передавали в письмах и посылках, несколько раз теряли и находили. Судя по всему, малышка Валета раньше никогда не видела, а его образ на карте выведен отчётливо.

Впрочем, неважно.

Сэр, — Валет вопросительно наклонил голову, прислушиваясь к ребёнку. — Е-если бы не вы… Я так напугалась! Но вы появились, а потом и лошадь ваша… Сэр, вы рыцарь Джинваэль, да? Папа рассказывал, что у неё много людей! И дам таких, словно изо льда высеченных, тонких и почти прозрачных! И рыцари, у неё точно должны быть рыцари! А, а оттого, что холодно, они разговаривают, не открывая рта, как вы, правда? Вот почему вы здесь, ведь надо охранять Новый год! А я вас отвлекла!

Валет хмыкнул. Как его только не называли, но слугой этой богини — впервые. Невинная душа, верящая в добрые чудеса и счастливые окончания сказок, даже додумает всё, что нужно, чтобы складно получилось. Впрочем, а какой от этого вред? Пусть верит, во что хочет, тем более Валет и правда явился по волшебству, и честно доставит её из леса домой.

Нет чести во лжи, но так и в Монетах не слишком много достоинства.

«А ты догадливая, малышка. Но ты меня не отвлекаешь. Джинваэль — Владычица Зимы, и всё, что происходит в холоде и тьме — её забота. Поэтому я и прибыл: твой папа наверняка беспокоится о тебе. Лучше скажи, о чём ты мечтаешь? Сегодня ведь праздник, пора загадывать желания»

Конь перепрыгнул овраг и ребёнок, ахнув, чуть не слетела с седла, благо что Валет успел её подхватить и прижать к себе. Даже под слоями заснеженного меха Валет чувствовал быстрое биение детского сердца, поэтому успокаивающе погладил девочку по голове. Это ведь поможет? Кубки бы справились лучше, но его владелице приходится обходиться тем, что есть.

Я… Я не знаю, — её голос звучал расстроено. — Я бы хотела… Наверное, чтобы папа не грустил. Нет, нельзя быть его… екоистом. Я бы хотела, чтобы всем было хорошо, во всём мире!

Сила требования взметнулась в Валете, но тут же опустилась. Желание было невыполнимым для Монет, но Валет подумал, что даже Кубки бы не справились: слишком много живых существ, чтобы навязывать эмоции. Одно дело желания вида «хочу, чтобы красавица меня влюбилась», тут работы-то: вычистить личность красавицы, вложить стремление служить и обожать, и готово, но затронуть так весь мир? Энергии даже семи поколений владельцев не хватит, работа колоссальная.

Валет не занимался благотворительностью, но… Сбор уже выполнен, а он за долю всего жизненного достатка малышки всего лишь отправил её домой. Не то чтобы Валету нравились дети, он видел их достаточно редко, но этот ребёнок… Если сделать её чуть богаче, разве её достаток (и энергия, отдаваемая Валету) не увеличится?

Нужно лишь немного подтолкнуть.

«Ты ведь понимаешь, что это невозможно? В такой день, как этот, можно и побыть эгоистом. У тебя обычное безличное желание, малышка. Лучше скажи, что хочешь именно ТЫ. Не думай об эгоизме, о друзьях и семье, только о себе. Так как?»

Ребёнок молчал, но семена уже были посеяны. Валет вспомнил всё, то сказала девочка.

«Скажем, про твоего папу. Разве он не будет веселей, если вы станете зарабатывать больше? Он будет меньше уставать, купит тебе хорошую шубу. А ты! Ты могла бы продавать куда больше пирожков. Они ведь вкусные, верно? Ты продала целую корзинку! И хоть сегодня и праздник, не будь они приятными, тебе бы это никогда не удалось. А вкусная еда приносит радость и, конечно же, делает людей счастливыми. Разве это не хорошее желание?»

Девочка молчала, но Валет не беспокоился: он хорошо всё обставил. Скоро они уже будут у дома, и малышке придётся дать ответ.

Валет наслаждался бегом, ощущая и ветер в волосах, и снег под своими копытами. Вечер был хорош: вольная свобода, не ограничивающий своими требованиями и желаниями владелец, и холод, который ощущало даже такое магическое создание, как Валет. Живые не ценят то, что имеют. У них такой потрясающий, богатый, невероятный мир! Даже два: Валет смутно помнил что-то о Вратах.

И живут живые, просто потому что иначе не могут: энергия исходит из них самих и из жизни вокруг. Валет завидовал и открыто признавал это. Они все завидовали — масти существуют ради одной цели, и живут украдкой, Сбором забирая то, что иначе не могло быть и их.

Чтобы мог сделать Валет, будучи человеком! В первую очередь он бы зарылся всем телом в снег и лежал там неделю, ощущая кожей каждую снежинку, складывая из них целый форпост. А потом он бы упал в воду и смотрел на рыб — они потрясающие создания, вроде и глупые, но бесконечно очаровательные. А раки какие забавные!

Живые — идиоты, что так не делают. И что их останавливает? Какие-то выдуманные проблемы, не иначе.

...Вы очень умный, сэр, — Валет, уже забывший о девчонке, едва не вздрогнул. Малышка насупилась, и даже в полумраке были видны её покрасневшие щёки.

Тогда… Я бы, наверное, когда вырасту, хотела жить в лавке. Она была бы такой светлой, и очень тёплой! У тёти Марты есть пекарня, она мне очень нравится: там стоит печь, и от неё такое тепло, что когда тётя печёт хлеб, от огня вся плита краснёшенька, и заслонка такая же! В моей бы лавке было также, и всегда очень вкусно пахло хлебом. Я бы продавала пироги, а остаточки отдавала соседям и тем, кому жить негде. Дядя Дограм тоже так делает, только у него не пекарня, а трактир, но просит никому-никому не рассказывать, иначе его слишком добрым будут считать, хотя я думаю, что ничего плохого в этом нет.

Валет, воспользовавшись тем, что девочка решила вдохнуть побольше воздуха после своего монолога, сразу же вклинился:

«Значит, ты хочешь лавку?»

Малышка закивала головой так, что Валет всерьёз забеспокоился, не отвалится ли она.

«Это хорошая мечта, малышка. Люди всегда есть хотят, и с пекарней ты не пропадёшь. У тебя всё получится»

Спасибо, сэр! — в её голосе было такое счастье, что Валет невольно улыбнулся. Хоть это и было её желанием, оно не было чётко высказано, да и на прямой вопрос она не дала устного согласия, лишь головой закивала. Ну, Валет сделал всё, что мог. По всем правилам это не было желанием, которое требовалось выполнить — так, просто  неприятное чувство в груди, а не магическое требование.

Но Сбор уже выполнен, и не будет лишним приумножить малышкин и валетов капитал. Валет протянул руку и показал перед глазами ребёнка одну из своих янтарных монеток. Он повернул её и так, и сяк, а потом ловко сунул в корзинку, зажатую между рожком и девочкой.

«Держи подарок, девочка. Пусть он напоминает обо мне. И смотри: если потеряешь, то не быть тебе больше никогда хозяйкой хлебной!»

Ложь, конечно, да не совсем.

Малышка, не выпуская поводьев, вцепилась в корзинку и явно хотела что-то сказать, но Валет обхватил её руками и прижал к себе: они прибыли в город. Или, скорее, в пригород? Городок? Здания не выглядели достаточно вылизанными, чтобы быть достойными какого-то крупного центра. Конь, фыркнув, сбавил ход и потрусил вперёд, ловко лавируя меж домов по узким улицам. Ребёнок завертела головой, словно уже много лет не видела своего дома: ну, конечно, она уже попрощалась с жизнью и родными стенами, пока была в лесу.

На улицах никого не было, но в домах жили: в окнах трепетали огни, то и дело раздавался приглушённый смех. Валет вспомнил слова девочки: сегодня был праздник. Чествование Джинваэль, да? Чёртовы боги, вот уж кто в энергии купается да свысока смотрит на мир. Валет фыркнул, сильнее прижав ребёнка к себе.

«Скажи, малышка, тебе ведь что-то передали, некий свёрток или шкатулку, и теперь оно лежит у тебя в корзинке. Верно? И просили кому-то передать — нет, отправить дальше»

Судя по изумлению на маленьком лице, Валет угадал верно. Он ухмыльнулся и наклонился чуть ниже:

«Знаешь, ты меня очень выручишь, если при передаче посылки дальше скажешь, ну, немного неверный адрес. Совсем немного! Если этой вещи суждено найти владельца, то так тому и быть. А если нет, то никто от этого не пострадает. Ну, что скажешь?»

Я… Папа говорил мне никогда не лгать… — ребёнок прикусил губу, явно разрываясь между заложенными правилами и желанием помочь своему спасителю. Валет понимающе улыбнулся, бросая взгляд вперёд, на один из этих невзрачных домов: судя по поведению магии, это и был финал пути.

«Но это не ложь, малышка. Ты вполне могла напутать адрес, и никто не стал бы тебя винить. Если бы ты так сделала, то очень меня выручила, но раз нет...»

Нет! То есть, да! Сэр, я вам помогу! — ох уж этот пыл юных сердец! Валет был доволен: с таким маленьким владельцем всё было на удивление легко, и желания простые, и добиться своего — проще простого. Жаль, что следующий владелец наверняка не будет таким доверчивым.

«Спасибо, ребёнок. Ну, вот мы и дошли до твоего дома»

Девочка ахнула и рванулась вперёд, чуть не выпав из рук Валета и вообще с лошади. Фыркнув, Валет спрыгнул с седла и легко спустил ребёнка с её корзинкой. Девочка покачнулась, но не упала, и уставилась на Валета восхищённым взглядом. Тот хмынул и взлохматил волосы: ну и что от него хотели?

«Прощай, малышка»

Сэр, спасибо вам большое! Я никогда не забуду вашей доброты! — ребёнок сделала неуклюжий реверанс (или чем бы оно ни было, в этом меховом шарике было сложно опознать какие-либо движения).

Я… Меня зовут Чиё Мила, и если вам когда-нибудь понадобится помощь, то я вам обязательно помогу! — ребёнок покраснела, видимо, понимая, что ничем помочь «рыцарю Джинваэль» никогда не сможет. Но ведь дала такое обещание!

Валет весело улыбнулся и помахал рукой. Малышка — Чиё — заспешила к дверям, то и дело оглядываясь назад, на своего спасителя. Наконец, открыв двери, она низко поклонилась. Валет, потянувшись, ощутил развоплощение: желание было выполнено, теперь стоило ждать следующего призыва.

Когда малышка подняла глаза, на тёмной заснеженной улице больше никого не было.

Погружаясь в темноту ожидания, Валет сонно подумал, что даже с отданной монетой получил мало энергии: видимо, даже с магическим оберегом малышка так и не станет известным пекарем, а проживёт относительно скучную, бедную жизнь.

Либо просто проживёт очень мало. Ах, люди, они так легко умирают…

«До следующего раза, малышка»

Жаль, что этой возможности уже не будет.

«Дамблдор сообщил что всех сов украл Волдеморт и вместо них теперь будут магловские почтальоны» (с)

https://i.imgur.com/ZeCfdZl.gif

Последние письма гильдмастера
[MT#49] Карта сокровищ
В поисках Неуловимого Джо

(!) В некоем постовом лоу до 27 ЯНВАРЯ

Рейтинг поста: 5

Он проснулся затемно. Не удивительно, в это время в горах светало поздно. Осторожно поднялся, стараясь не шуметь. Тихо вышел в сени. Все необходимое было собрано еще с вечера. Он оделся, плотно застегивая куртку на меху. Зима в этот раз была морозная, а в этих местах еще и снежная.
Тихо скрипнула дверь, выпуская его в мир, где под чистым звездным небом, сверкала снежная пелена. Не было мрака, присущего летним ночам, сейчас звезды отражались в снегу, отдавая свой свет и погружая мир в призрачное сияние. Горы высились мрачными исполинами, как стражи этого места.
Он надел широкие лыжи, подбитые снизу шкурой. Приспособления для него были не самыми привычными, все таки родина находилась намного южнее, там где снег-редкая диковинка. Но он неплохо натренировался за последние недели. Сейчас снежная пелена послушно ложилась под полозья. Он держал свой путь в обход небольшого леса, разросшегося на склоне древней горы. Вершина представляла собой совершенно плоское плато, как будто срезанное ножом. Место было выбрано не случайно. Он не мало времени провел в библиотеках, изучая древние легенды, истории местных жителей, труды мудрецов мира. Сказки и были. И вот место найдено. Возможно, в прошлом, несколько лет назад, он бы и не заинтересовался этим местом и всем, что с ним связано. Ну, да, красивые легенды, не более. Он всегда был более практичен и не любил тратить время и силы на то, что не принесет ощутимого результата. Вот только все изменилось совсем недавно.
Он осмотрелся. Плато было не большим, примерно три полета стрелы в поперечнике. А по середине высились две стелы. Их можно было принять за причудливые остатки скал, пострадавших от выветривания. Блестящие от инея и снега, два слегка изогнутых пика. Они образовывали нечто, вроде арки. Он сместился в строну, так, чтобы видеть эту арку. Он не ошибся. Там, где острия пиков сходились, сияла самая яркая зимняя звезда. Казалось, она венчает врата, заливая их своим светом.
Он не ошибся. Ни с днем, ни со временем. Пространство между пиками задрожало, подернулось сине-зелеными полотнищами сияния, что можно было видеть в небе, горах зимними ночами. Но сейчас оно было более интенсивным. Яркие всполохи выползали из врат, заставляя пятится. Он отошел в сторону, полагая, что стоять на пути того, кто появится с той стороны-не самая лучшая идея для простого смертного.
Первыми из портала появились пернатые змеи. Белые создания, покрытые белыми перьями, парили над землей, переплетаясь и рисуя своими телами загадочные узоры. За ними величественно выплыли два снежных дракона. Драконы не были похожи на своих сородичей из мрачной драконьей долины. Длинные змеиные тела, покрытые белой чешуей с синим отливом, блестели и переливались в свете портала. Удивительно мудрые глаза, совершенно не свойственные рептилиям. Драконьи тела стелились над снегом, не касаясь его, изгибаясь и перетекая волнами. И, наконец, на белый снег плато ступила та, чья власть в это время года безраздельна. ДЖИНВАЭЛЬ. Богиня снега, мороза и льда. Не самая добрая, но и не самая злая из богинь. Вообще, можно было бы считать ее самой нейтральной из всех. И самой загадочной.
Он не привык общаться с богами. Весь его опыт встреч был не самым приятным. И уж тем более, он не привык просить у них, что-то. Но сейчас ему было, ради кого рисковать. Да и риск был минимальным...ну заморозит его, если почувствуют фальшь. Вот только фальши не было.
Бледный прекрасный лик повернулся к нему. Две льдинки глаз проникли ему в душу. Он ничего не говорил, ничего не просил. Богиня сама прекрасно все поняла, проникая в его мысли и чувства, вороша их и читая, как открытую книгу. Он не отводил взгляда, спокойно и открыто глядя в холодные глаза богини зимы. Вокруг головы летали змеи, драконы замерли, наблюдая за ним.
Наконец, Джинваэль медленно кивнула. На холодных губах обозначилась улыбка. Богиня подхватила горсть снега, протянула ладонь вперед. Из пригоршни снега вверх потянулся прозрачный стебель. Сделанный, как будто изо льда, он тянулся вверх, наливаясь бутоном. В сторону от стебля вытянулись два полупрозрачных белых листа. Наконец, рост прекратился. Бутон начал набухать и через мгновение на ладони Джинваэль раскрылся цветок. Казалось, он был сосредоточием зимы. Резные лепестки напоминали лучи снежинки. На них блестел иней. Середина цветка была синей и прозрачной, как лед на роднике.
Один из змеев осторожно сорвал цветок и в пасти преподнес дар богини ему. Он аккуратно  взял цветок, ожидая почувствовать укол холода. Ничего подобного. Цветок создавал ощущение живого, теплого. Он поднял дар на уровень глаз, вглядываясь в лепестки, напоминающие рисунок мороза на стекле. Да, это то, о чем он читал и слышал. Дар богини тому, кто окажется в нужном месте в нужное время. И с мыслями чистыми, как снег, укрывающий плато. Было еще одно. Дар не предназначался тому, кто его получил из рук богини. Он должен был служить подарком тому, ради кого все это делалось. Только будучи подаренным, он раскрывал всю свою силу. Недаром Джанваэль ступала на землю только раз в год, в ту ночь, когда принято было дарить и делиться теплом. Неожиданно для повелительницы зимы и холода, не правда ли?
Он низко поклонился, бережно прижимая цветок к груди. Богиня благосклонно кивнула, змеи сделали вокруг принявшего дар несколько кругов, взметая снег. Когда снежная пыль осела, плато было пустым. Только далеко в темном небе переливалась сине-зеленая звезда.
Обратный путь прошел быстрее, спускаться с горы было проще, чем подниматься. Рассвет только забрезжил, окрашивая восток красным, когда он достиг дверей дома. Оставив лыжи и скинув в сенях теплую одежду, вошел в натопленную комнату. За цветок он не боялся, дары богини жили долго, многое зависело от дарителя и получившего подарок. Он втянул воздух. Запахи луговых трав и цветов, немного хвои. Знакомые, любимые запахи. Он положил цветок на подушку, рядом с рыжими локонами. От лепестков поднималось нежное голубое сияние. Глаза спящей открылись, на него глянуло летнее море.
-С Новым годом, любимая...-тихо прошептал он.

Рейтинг поста: 3

Запах свежеиспечённых блинов, растопленного сливочного масла и свежего сена медленно поднимался к потолку, где, пробираясь сквозь неплотно уложенные балки, заполнял тесный чердак. Посреди этого чердака лежала груда пёстрых одеял и подушек, вздымающаяся вверх и опускающаяся вниз под чьим-то мерным, тяжёлым дыханием, с прерывающимся похрапыванием. Давно уже рассвело, но Фрейя, дочь краснодеревщика Эгиля, вылезать из тёплых объятий сна не спешила. В кои-то веки её спозаранку не будят! Так надобно всё до последней капли выжать, покуда матушка не начала черенком от метёлки стучать по потолку, пытаясь добудиться своей старшей дочурки. И спала б Фрейя до полудня, если бы не треклятые маменькины блины; знала жена Эгиля, как выманить дочь с чердака.
— У-у-у, – нечленораздельно протянет юная полу-гномка, высовывая курчавую рыжую голову из своего кокона. – Како-о-ой, – рот широко раскроется в зевоте, – уж час-то…
Медленно и неуклюже Фрейя выползет из-под одеял, сядет, сладко потянется. Позвонки хрустнут, и девица удовлетворённо выдохнет, расслабляя мышцы. Блинчики продолжали дразнить своим ароматом, посему Фрейя шустро спустится по приставленной деревянной лестнице вниз, сверкая голыми ногами под спальной рубахой со льна. Холодный деревянный пол первого этажа ущипнёт за пятки, от чего Фрейя помянёт недобрым словом какого-то чертяку и засеменит к очагу, где матушка аккурат пекла блины. Крупная, невысокая, в шерстяном платье с закатанными рукавами и подобранными тёмными волосами она одним своим видом внушала нужное впечатление – суровой, но доброй и заботливой бабы.
Фрейя подкрадётся к матери со спины и утащит ловкими пальцами горячий блин, пытаясь съесть его прямо так, не остужая. Девица нелепо хлопала ртом, как рыба выброшенная на сушу, уворачиваясь от бранящейся матушки и её деревянной лопатки.
— Ну ма-а, те жалко шо ль, – застонет Огневласая, проглотив обжигающий блинчик и в этот же момент получив лопаткой по лбу. – Ай!
— Нэ мамкай! Встала бы раньше и сама жарила, да ела скок хошь, а то ишь… На меня всё скинула, ещё и блинцы воровает.
— Так праздник же, чего ругаешьса… – насупится девица, потирая лоб. Небось, шишка теперь вылезет.
— Для кого праздник, а для кого забот полон рот. Иди, умойся и волос подбери, а то как лохудра. – Голос женщины смягчиться, выдавая что брань её зла и обиды не несёт. Правда что, праздник же, новый год на носу. Нечего перед Джинваэль с родными браниться. – И тапки надень, ноги застудишь.
— Не так уж холодно… – забурчит себе под нос Огневласая, привычная ходить босая едва ли не круглый год.
— Застудишь! – кричала в ответ мать, прекрасно слыша недовольства упрямой девчонки.
— Да поняла я, поняла!
Умывшись ледяной водой в сенцах, с трудом прочесав гребнем рыжую копну и заплетя их в две толстых тугих косы, Фрейя почувствует, что стопы взаправду мёрзнут. В поисках тапок облазает все сенцы, но приметит их почему-то у самого порога. Второпях засунет ноги в обувку да было побежит дальше, но внутри тапок было холодно и неожиданно мокро. Снег. Кто-то напихал полные носки снега! Довольно хихиканье из-за приоткрытых входных дверей убедит Фрейю в её догадках, кто посмел. Резким движением девица распахнёт дверь, но проказника за ней не увидит. Тот уже уносил ноги к калитке, прыгая по глубокому снегу не хуже горного козла.
— Ах ты! – правый тапок будет стащен с ноги и запущен точным ударом в макушку удирающему сопляку. Попадание – десять из десяти! – А НУ ИДИ СЮДА ПАРШИВЕЦ МЕЛКИЙ!
— Ты шо там орёшь? – приглушённо прилетит вопрос из дому.
— Малой мне снегу в обувку натолкал!
— Подумаешь, сне’ху…
Младший брат – такой же чернявый, как и батюшка, и плотный телом как матушка, – высунет язык, бросит импровизированный снаряд обратно Фрейе и убежит за забор. «Расправы боишься? Ну бойся, бойся!» – грозилась в мыслях Огневласая, вытряхивая остатки снега и возвращаясь в дом. Там приоденется в дневное платье и жилет, ноги впялит в тёплые чулки, а на голову повяжет платок. Вернётся к матери, поможет чем надобно, позавтракает и на радостях последует примеру младшенького – то бишь, на улицу унесётся, с подружками играться в зимние забавы. Снега в этом году навалило – во! Ну, то есть, прям ВО! Матушке Огневласой чуть ли по грудь, хотя и ростом она, конечно, не велика. Чай, чистокровная гномка.
На ходу заматывая шарф вокруг шеи, дочь Эгиля доберётся до таверны, где они обычно с девахами из соседних домов встречаются. Фрейя не прогадала – вот и сейчас под вывеской стояло две подружки в тёплых тулупах, хохоча на всю улочку. Огневласая подскочит к ним и через минуту уже сама заливалась смехом над какой-то забавной историей. После подтянулся ещё народ, а там и игрища завязались – догонялки, жмурки-пряталки, снежки да вышибалы. И юноши, и девушки валялись в снегу, натирали им друг другу щёки, громко смеялись и пытались засунуть белые хлопья за шиворот. Неволей Фрейя одному такому шутнику чуть в глаз локтём не зарядило, но благо обошлось – юнец оказался проворней.
Кто-то притащит сани, на которые взгромоздятся самые смелые, а те кто позадиристей будут катать народ по широкой дороге туда да обратно. По большей части, конечно, не столько катать, сколько в снег заваливать, однако и то веселье было ладное. До самого вечера крики с визгами не будут стихать, а как темнеть начнёт – то молодёжь пойдёт на холм встречать закат. Каждый из них на ногах уже едва держался, но отказались от похода немногие. Держась друг за друга Фрейя и ещё пара хохотушек доберутся до вершины, где повалятся прям в снег и завороженно устремятся взглядом в закатное небо, пестрящее зарницами. Где-то там сражались два зверя под присмотром суровой Джинваэль, и борьба их – ознаменование приближающегося нового года, в котором всех и каждого ждут судьбоносные события.
Краем глаза Огневласая приметит, что кто-то за стволами древесными в стороне прячется. То ли зверь, то ли человек какой невысокий… Отделившись от товарищей, полу-гномка побредёт к деревьям, но никого не увидит. Да и следов тоже.
— Есь кто есть – выходи, – негромко позовёт Фрейя неизвестного, – а нет… ну… – девушка запнулась, промычала что-то внятное, но всё-таки нашлась, как продолжить: – так не выходи!
Тихое заливистое хихиканье станет ответом. Утерев красный нос, Огневласая недобро нахмурится и пройдёт ещё чуть дальше. А потом ещё. И ещё. Кто-то вёл её будто, заводя в лес глубже да глубже. Становился громче чужой смех, плотнее вставали рядом стволы деревьев, исчез из виду холм с подружайками. А Фрейя всё шла, шла, шла…
Смех сменился на нежную мелодию флейты. Музыка то спешно скакала зайцем, то лениво перекатывалась наетым барсуком. Огневласая выйдет к какой-то поляне, посреди которой стоял огромный плоский валун, а на нём… На нём сидел козёл. Ноги с копытцами, рога из белой башки торчат, только всё что выше пояса почему-то оказалось человечьим, хоть и густой шерстью покрыто. В руках невиданное создание держало тонкую прозрачную флейту, извлекая из неё звуки, которые и привели Фрейю к полянке.
— Ох Джинваэль великая, ты шо такое? Чертяка?! – удивиться лесная гостья.
Чёрт (или козёл?) не ответит. Лишь громче зазвучит его флейта, под которую ноги так и просились пуститься в пляс. Фрейя и пустилась. Разум помутнел. Тулуп, шарф и шапка слетели на землю, а за ними – и зимняя обувка.
«— ….ноги застудишь!» – эхом отдался голос матери в голове.
— Знаю… – вырвется из горла.
Фрейя не чувствовала холода. Более того – жар душил и давил на грудь, подгоняя девицу в ещё более стремительный танец, следуя не унимающейся флейте. Казалось, что козлик улыбался, смеялся, наслаждался представленным пред ним зрелищем, только сам в пляс не решился пускаться. Ведь всё, что он мог – лишь играть на флейте, дабы восславить Джинваэль и зверя нового года.
К утру Фрейя очнётся всё на той же поляне. Не было больше ни музыки, ни странного копытного создания, да и ленты с кос куда-то подевались. Растрёпанная грива рыжих волос укрывала плечи, согревая от сурового мороза, щипающего за лицо, голые руки, ноги со сползшими чулками. На негнущихся конечностях Огневласая подползёт к своей задубевшей одежде и с трудом накинет её на плечи. Лишь после обратит внимание, что на валуне что-то поблёскивает в рассветном свете.
— Это шо за чудо?..
Флейта из чистого льда, на которой играл козлик, покоилась на месте своего хозяина. Из интереса Фрейя возьмёт её в руки и попробует сыграть чего, но инструмент не издаст и звука. Только начнёт в горячих руках полу-гномки таять, как растаял и ночной таинственный музыкант.

Рейтинг поста: 4

От автора: Если вам кажется, что в рассказе чего-то не хватает и он обрывается, то вы чертовски правы. Это менее чем половина оригинала, урезанного согласно условиям конкурса.
Посвящается всем вам, милые мои раздолбаи, вспоминающие о подарках на Новый год для друзей и родных только 30-го декабря и потом носящиеся как ужаленные чтобы успеть добыть их пока не поздно. Знайте, я не разделяю ваш подход, но понимаю его. Приятного чтения.

Новогодняя одиссея: снег, колдун и кузнечный горн
Утро выдалось чудесное. Пронизывающий холодный ветер стих, свинцовые тучи расступились, уступая место небесной синеве и лениво поднимающемуся из-за линии горизонта солнцу. Даже грязные улицы Эстелла за минувшую ночь засыпало пушистым сверкающим снегом, который никто, казалось бы, уже и не ждал в этом году. Словом, настоящая зима подкралась незаметно, ловко обведя всех вокруг холодного пальца.
В особняке, вот уже полгода служившем домом членам «Улыбки Смерти» было непривычно светло и празднично. Даже несмотря на задернутые шторы, коварные лучики солнца сумели-таки пробраться в комнату Ордалиона и разбудить колдуна. Впрочем, спасибо им за это, и так давно пора было вставать. Некромант поднялся с кровати, потянулся, накинул чёрный махровый халат и, привычным движением вставив ноги в большие мягкие тапочки с плюшевыми пауками, вышел из своей спальни.
Хотя в доме было довольно тихо, место это являлось крайне оживленным. Первой обитательницей дома, встреченной колдуном этим утром, оказалась Шамира – офицер тёмных эльфов, спозаранку уже сидевшая в библиотеке и читавшая какую-то книгу. Заметив командира, она поприветствовала его, убрав книгу в сторону.
- Да, доброе утро. Что ты читаешь в такую рань? Новогодние истории? – поинтересовался Ордалион.
- Ну и шуточки у тебя, командир, - отмахнулась Шамира. – Читаю историю крупнейших зимних сражений в Долине Врат. Очень увлекательно.
- Ммм, понятно. Хороший выбор. Ну, тогда не буду мешать, - усмехнулся и продолжил свой путь колдун. Он-то успел заметить заглавие книги «Сердце в клетке или история неразделенной любви».
- Да уж, история зимних сражений… моя версия была лучше, -  подумал про себя Ордалион. Он прошел мимо жилой комнаты, превращенной в казарму, из-за приоткрытой и украшенной рождественским венком двери которой слышался приглушенный разговор расквартированных там люмберов. Да, бойцы колдуна, прошедшие с ними везенскую кампанию, сейчас базировались в особняке в полном составе.
Далее путь лежал мимо лестницы, ведущей в подвал, откуда уже были слышны удары молота. Привычные для этого места, следует отметить.
- Хм, похоже, Ри там во всю что-то кует и в этот раз явно не ёлочные шары. Подарки, не иначе. Умница, девочка.
Вдоль коридора тянулись разноцветные бумажные гирлянды и висели блестящие украшения в виде стеклянных сосулек, карамельных палочек, напоминавших по форме клюку карлика и обсидиановых паучков, куда уж без них. Миновав нарядный коридор, Ордалион вошел на кухню. Это помещение сильнее прочих пострадало от праздничной атмосферы. С потолка кухни всюду, точно мох в древней пещере, свисали зеленые лианы блестящей мишуры, разноцветные стеклянные шарики, а у свободной стены стояла широкая деревянная панель, на которой кистью была нарисована картина, изображавшая зимний лес. Любо-дорого смотреть. Всё-таки уроки рисования на побережье Везена не прошли для Лиарры даром.
На удивление, в кое-то веки на кухне никого не было. Видимо, элитный отряд еще спал, за исключением Риетты, конечно. Оно и к лучшему, меньше народу – больше стульев, на которые можно закинуть ноги. Ордалион сделал себе горячий какао и, отпив немного, подошел к висевшему на стене календарю, дабы синхронизировать его с наступившим днем. Передвинув окошечко на одну позицию правее, он чуть не подавился какао. На зеленом полотне календаря было тридцатое число. Колдун едва не потерял равновесие, будто кто-то сильно стукнул его по лбу.
- Сегодня уже тридцатое Нефрита!? Как?! Когда?! Да быть такого не может!
- Командир, разрешите доложить! – через секунду послышалось за спиной Ордалиона, от чего любой нормальный человек вздрогнул бы, но увиденное на календаре чуть ранее оказалось сильнее этого оклика.
- Докладывайте… - с некоторым равнодушием ответил колдун, повернувшись к двум люмберам, забежавшим на кухню.
- Дыра в полу второго этажа успешно заделана, обломки дерева выброшены, новую ёлку купим сегодня, как только рынок откроется, - отрапортовали они.
- Хорошо, спасибо за службу!
- Служу паучьему народу! – хором ответили эльфы и скрылись в коридоре, оставляя некроманта наедине с его неприятным открытием.
- Плохо дело, - покачал он головой, с горя, отпив еще какао, - послезавтра Новый год, а я еще ни в одном глазу. Ну, в смысле совсем без подарков. И даже идей что дарить нет! Проклятие, как я мог настолько всё запустить!?
- Что там за драка и без меня? – послышался раздраженный голос Джин. Ордалион вдруг понял, что произносил всё это время свои мысли вслух.
- Ничего, просто счета за горячую воду пришли, возмущаюсь, - наскоро придумал объяснение Ордалион. И попал в точку. Джин мигом затихла.
- Подарки, мне срочно нужны подарки для девочек… И не пара тёплых носков, не стеклянный шарик, а что-то по-настоящему хорошее. Кто из них что любит? Риетта любит ковать, это я еще пока шел в кухню понял. Нужно подарить ей что-нибудь связанное с кузнечным делом. Лиарра – заядлая морячка, причём как на воде, так и на суше. Значит, надо подарить ей корабль. Да, это логично. Лейла всё мучается со своей воображаемой подружкой, стало быть, надо подарить ей что-то, что купирует эту проблему. Ну а Джин вроде любит всякие побрякушки, подарю ей что-нибудь в этом духе по остаточному принципу. Так, план есть, времени мало, но еще не поздно. Надо срочно созывать совещание.
*     *     *
Экстренное совещание было собрано оперативно в большой комнате на втором этаже. Ордалион разложил карту Долины Врат на небольшом столе, стоявшем возле прямоугольника новых досок, покрывавших пол, засыпанный еловыми иголками. На совещание, ввиду секретности, были приглашены всего четыре бойца тёмных эльфов, два мужчины и две женщины, одной из которых была Шамира.
- Итак, бойцы, перед нами волею судьбы поставлена непростая боевая задача – добыть подарки на новый год для нашей элитной группы. Дельце предстоит опасное, но я верю, что мы справимся.
- А что, просто купить их не вариант? – задала разумный вопрос Шамира, сложив руки на груди. Ей уже не нравилась эта затея, хотя она еще даже не услышала план колдуна.
- Нет, конечно! – воскликнул Ордалион. – Купить подарки может любой дурак с деньгами. А вот чтобы украсть, нужна решимость, смелость, умение… ну и план тоже не помешает.
- Достаточно, я пасс, - поспешила ответить эльфийка. – И дело не в том, что мне крайне не нравится эта затея, хотя этого и не отнять. У меня много дел. Нужно выставить новогодние товары в лавку, проверить все ли продукты мы закупили к праздничному ужину…
- Дочитать «Сердце в клетке или…» - вставил своё слово колдун, но не успел закончить. Покрасневшая от смущения, насколько позволял цвет её кожи Шамира, словно дикая кошка бросилась к Ордалиону, прикрыв его рот рукой, пока оттуда не вырвалось лишнее, и присутствующие в комнате люмберы ничего не поняли.
- Ладно, я в деле! – поспешила ответить она, во избежание продолжения этого наглого шантажа.
- Отлично, - победоносно хлопнул в ладоши колдун. – Для успеха предприятия нам понадобится ящик с бутылками, стреломёт, длинная веревка, кирка, масляная лампа и шлюпка. Ах да, чуть не забыл самое главное – вашу форму.
*     *     *
Через полчаса отряд уже стоял в прихожей, готовый выдвигаться. Одеты люмберы были в красно-зеленые наряды, бывшие, скорее всего, чем-то вроде полушубков, но не слишком-то похожих на зимнюю одежду. Мужская версия включала в себя красные штаны и зеленые жилеты, с белым меховым окаймлением. Женская – короткие зеленые шортики и схожий с жилетами красно-зеленый топик с глубоким вырезом. Стоит ли говорить, что тёмные эльфы были не в восторге от своей «униформы»?
- Командир, а зачем нам ящик с бутылками из заначки Риетты? Они же пустые, -  поинтересовался державший в руках ящик со стеклотарой люмбер.
- Так это ведь хорошо. Пустые бутылки весят меньше, тебе же меньше хлопот, - странно ответил колдун. – Еще вопросы?
- Зачем нам тащить на себе шлюпку, если мы никуда не плывем? – спросил второй эльф, стоявший возле лодки, каким-то чудом протиснутой в дверь и теперь лежавшей у стены в прихожей.
- Это хороший вопрос. Еще вопросы есть?
- Кхм, командир… Ордалион, почему мы так одеты? – немного замявшись, поинтересовалась Шамира, ожидая такого же исчерпывающего объяснения, какие получили другие вопрошающие.
- Потому что я Санта, а вы мои маленькие помощники-эльфы.
- Но мы замерзнем в таких нарядах, - возразила она.
- А вы не бездельничайте. Будете двигаться в темпе – всё будет в порядке.
- Ну а глубокий вырез-то зачем?
- Глубокое декольте, моя милая Шамира, это то единственное, что превращает обычный наряд рождественского эльфа в волшебный наряд рождественского эльфа. И чем глубже вырез, тем сильнее дух праздника, - подняв указательный палец вверх объяснил Ордалион. – Но что-то мы заболтались. Пора начинать. Шлюпку в руки и дуйте к аркмуву в Хрейдмар. Встречаемся вечером на опушке Льесальфахейма и не забудьте найти специалиста по левитационной магии, без него ничего не выйдет. В путь!
Отправив на задание своих подручных, Ордалион заглянул в магазин «для взрослых» и, выйдя оттуда через час с коробкой, направился к аркмуву, ведущему в место, где о кузнечном деле знают не понаслышке.
*     *     *
Интхуул в эти праздничные дни представал перед гостями и горожанами во всём своём морозном великолепии. Сугробы по колено, огни Наурма до неба, ну и, конечно, алкоголя по горло. Хотя на улице и был разгар дня, небо оставалось мрачным, нависая над городом точно свод гигантской пещеры и продолжая щедро осыпать улицы снегом. Для праздничной готовки было еще рано, а вот для новогодних забав – самое время. Поэтому дома пустовали, а все жители гуляли на площади, любовались костром, пили глинтвейн и играли в снежки. Идеальный момент выбрал некромант для своего замысла.
У многих кузнецов здесь мастерские располагались прямо в домах, дабы приучать растущее поколение к семейному бизнесу смолоду. Зная это, именно с осмотра домов колдун и начал. Благо, шторы никто не задергивал, ведь и так было темновато. После непродолжительных поисков, Ордалион приметил отличный кузнечный горн, стоявший в мастерской на первом этаже дома-лавки. Выбор был сделан, оставалось самая малость – умыкнуть оборудование весом в несколько сот килограмм из чужого дома среди бела дня. Ничего сложного. А проникнуть внутрь Ордалион решил, самым что ни на есть праздничным способом…
Хозяев не было дома уже несколько часов, камин почти погас. Лишь россыпь красных угольков тлела под двумя крупными головешками от поленьев, на которые посыпалась копоть, когда в трубе камина послышалась возня. На какое-то время, воцарилась тишина, затем, на угольки полилась струйка жидкости, от которой уже угасшее пламя воспаряло духом, заполыхав с новой силой и приобретя синий цвет.
- Чёрт, опять! Надо было подарить Риетте фляжку, не похожую на мою, чтобы мы перестали их путать! – послышалась ругань в дымоходе. Вновь наступила пауза, сменившаяся журчанием новой струйки жидкости. В этот раз, огонь удалось погасить и вскоре на остывший пепел встали ноги, развернувшиеся вокруг своей оси и с силой пнувшие каминную решетку. – И как этот толстяк ухитряется лазать через дымоход, да еще и с мешком подарков?
Ордалион выбрался из дымохода и оказался в доме мастера. Его одежда приобрела насыщенный серый цвет, а лицо теперь было как у среднестатистического люмбера. Юок бы оценил, не будь ему всё равно. Отряхнувшись от копоти и пыли, Ордалион поправил свою шапку-петушок с большим помпончиком и скрыл лицо платком-маской. Быстро осмотревшись, он остановился взглядом на своей цели – горне. Подойдя к этому незаменимому в кузнице инструменту, он осмотрел его со всех сторон, пощупал, в общем, сделал вид, будто что-то понимает в этом. А затем призвал десять фамильяров-пауков, которые кое-как раскачав горн, умудрились поднырнуть под него и поднять на свои спины. Покачиваясь из стороны в сторону, горн зашагал на паучьих лапах в направлении входной двери. Тут возникла и первая трудность на пути самопровозглашённого Крампуса. Горн даже близко не проходил по ширине в дверной проём. Ордалион топнул от досады.
- Так то, что дворфы строят дома вокруг кузницы не шутка? И как же я его теперь наружу вытащу? А ладно, проём-то всё равно деревянный…
Отойдя к противоположной стене и набрав разгон, миньоны протаранили горном дверь, от чего та вылетела наружу и поехала вдоль по улице словно сани, пока не скрылась за углом. Арка проема с громким треском разломилась на три части, выпуская похитителей из чужого жилья. От вибрации в доме выбило стекла и даже висевший над входом фонарь упал в сугроб, сгинув там как минимум до весны. Следом, насвистывая какую-то задорную мелодию, появился и сам Ордалион. Он вытер от сажи ноги о коврик на пороге дома, подошел к горну и довольно похлопал по нему ладонью. А затем, ощутив на себе чей-то взгляд, обернулся. Перед ним стояла вторая трудность в лице семейства дворфов, состоявшего из крупного отца, явно с армейской выпавкой, двух взрослых сыновей и коренастой женщины, выглядевшей более грозно, чем все остальные члены семьи взятые вместе. Очевидно, это были хозяева дома, которые видели эффектное появление своего имущества в сопровождении вора с самого начала и сейчас всё еще были в шоке от увиденного.
- С наступающим, - только и смог вымолвить некромант. Объяснять что-либо в этой ситуации были излишне. В следующую секунду он запрыгнул верхом на горн и схватился за него обеими руками. – Гони!
Пауки рванулись с места под гневные крики дворфов и полетевший вслед обломок дверного косяка. Владельцы горна бросились вдогонку, но в скорости с миньонами им было не тягаться. Однако это не было концом злоключений колдуна, всё только начиналось. Проехав верхом на горне примерно квартал, некромант увидел впереди скопление народа, преграждавшего путь.
- В сторону! Зашибу!!! – оповестил он о своём приближении. Кто-то последовал совету и успел отпрыгнуть в сугроб, кто-то прислонился к стене, обдав всадника потоком отборной гномьей ругани. А какая-то сволочь вообще метнула в нарушителя спокойствия интхуульскую пивную кружку, пролетевшую над самой головой колдуна и сбившую с него шапку. Теперь-то Ордалион в полной мере понял, почему эти кружки приравнивались местными к холодному оружию.
Свернув на соседнюю улицу, колдун услышал звон колокола, каким обычно извещают о пожаре. Но что-то подсказывало ему, что причиной этой тревоги был вовсе не огонь.
- Вон он! Держи вора! – послышалось из-за домов, и впереди наперерез бросился отряд дворфов. Они тоже были изрядно навеселе, но это явно не мешало им, а скорее даже наоборот, придавало решимости. Вооружены же защитники чужого добра были посерьёзнее предыдущих и теперь совершенно нежелательно было подпускать их ближе. Начав судорожно обыскивать свой транспорт в поисках управленческого решения, колдун нащупал скрытый карман – углубление в каменном постаменте, в котором хранились инструменты. Первым же схваченным предметом оказалась кочерга.
- Сойдет, - кивнул он. – Левее! – Ордалион стукнул кочергой дважды по левой стороне своего каменного скакуна, и горн пошел на плавный поворот, огибая бегущих врагов. Вновь полетели кружки, снежки и один метательный топор. К счастью, алкоголь взял своё и этот вражеский залп не достиг цели.
- Мазилы! – крикнул Ордалион, уходя за угол. Он мчался по заснеженной улице, разбивая сугробы и подскакивая от этих ударов на месте, рискуя сорваться с «коня». Местные жители были настроены враждебно и называли наездника нехорошими словами, попутно норовя попасть в него чем потяжелее. И чего народ такой злой? Праздник же на дворе.
Из-за поворота выскочили четыре всадника на пони и одетые в красные кафтаны с колпаками по случаю праздника. Видимо, местный патруль. Они устремились к едущему по улице горну, в жёсткой форме потребовав остановиться. На что Ордалион возразил, мол, он очень спешит, да и вообще, какой интхуулец не любит горны и быструю езду?
Увернувшись от удара сабли, колдун выбил своего обидчика из седла «Тёмным ударом» и велел миньонам ускориться. Оставшиеся патрульные последовали его примеру. Погоня набирала обороты. Колдун постучал кочергой по правому боку горна и ушел в сторону от атаки патруля, задев стену дома на резком повороте.
- Аккуратнее нельзя?! Это всё-таки подарок! – выругался он на миньонов. После неудачного маневра на стенке горна осталась длинна царапина. – Ну ничего, это просто царапина, Ри и не заметит…
Всадники, свернувшие следом, постепенно нагоняли его. – Ай-я-яй, так мы до аркмува не доберемся, надо бы сбросить лишнее, дабы ехать было легче. А еще надо бы шапку раздобыть, а то так и уши застудить не долго.
Один из всадников нагнал горн и прыгнул с коня, пытаясь взять транспорт нарушителя на абордаж. Но в последний момент Ордалион успел дать команду на очередной маневр и преследователь пролетев мимо горна, покатился по заснеженной дороге.
- Ха-ха, меня так просто не возьмешь!
Раздался звон стекла – горн разнес оказавшийся на пути прилавок с алкоголем, обдав себя смесью из вина, пива и каких-то специй. – Пара пятен, ничего, еще успеем до нового года их смыть, - успокаивал себя некромант, отпивая из пойманной им бутылки. Он только что понял, что из-за глубокого снега миньоны не видят дорогу и прут напролом. – Ваше здоровье! – издевательски произнес Ордалион, кивнув бутылкой в сторону преследователей. – Так, что бы нам лишнего выбросить…
В патрульных полетели кузнечные инструменты, найденные в тайнике. Еще один дворф свалился с лошади, но не из-за них, а из-за сугроба, о который запнулась лошадь. Дальше была выброшена массивная цепь, обмотанная вокруг перекладины сбоку, но она зацепилась за низ горна и теперь хвостом болталась позади.
Впереди показался отряд добровольцев, вознамерившихся остановить угонщика и полностью перегородивший дорогу. Ордалион свернул вправо, обдав героев лавиной снега. Однако двое ухитрились прыгнуть следом и ухватиться за злополучную цепь, изрядно добавив веса.
- А ну кыш! – Ордалион выпил еще и принялся стукать кочергой то по одной, то по другой стороне горна, заставляя конструкцию петлять по улице, а дворфов собирать сугробы лицами. Вскоре, первый из них остался лежать в снегу. Второго стряхнуть оказалось посложнее. Мерзавец упорно карабкался по цепи, не желая отпускать её. Пришлось увеличить амплитуду колебаний и сбить его ударом о стену. Увлекшись сражением, Ордалион не заметил как впереди замаячили двое людей, вешавших какую-то покрытую блестками красную ленту с поздравлением всем жителям города. Горн промчался между ними, повесив ленту на колдуна. Не сумев сорвать свои путы, он решил действовать от обратного и принялся наматывать поздравление на себя. Получилось. Но к тому моменту его уже нагнал последний всадник и успешно запрыгнул на горн. Первые два взмаха меча отсекли края праздничной ленты, окончательно превратив её в подобие новой одежды Ордалиона. Остановив третий удар кочергой, он оттолкнул патрульного назад. Перемещение и вот уже ринувшийся в атаку враг упал с горна. Правда, успел ухватиться за цепь и полез обратно. Некромант достал из углубления отложенную туда бутылку, сделал последний глоток и встал на колени над лезущим на горн врагом. Он снял с его головы колпак, надев на себя. – С праздником, ублюдок. - Взамен же колпака, Ордалион разбил бутылку о голову патрульного, отправив того в нокаут. Но порадоваться концу погони не успел. Очередное столкновение с сугробом скинуло уже и самого колдуна, едва успевшего зацепиться за цепь кочергой. Теперь он волочился по дороге за забрызганным алкоголем горном, глотая снег. Впрочем, вскоре колдун снова переместился и уже вновь восседал на своём скакуне, выплёвывая снежки. Платок, что был всё еще на нём, облепил вездесущий снег, превратив его в подобие ватной бороды. Чтобы удержаться верхом, Ордалион сел на горн на манер коня, обхватив его ногами. В таком виде, в красном сверкающем кафтане, красном колпаке и с бородой из снега он выскочил верхом на пахнущем алкоголем кузнечном горне на главную площадь к восторженным возгласам горожан. Народу вокруг была тьма, но теперь все уступали ему дорогу и никто не кидал подручные средства, метя в голову. Да уж, встречают в этом городе и правда, по одежке. Сбавив ход, он спокойно поехал в направлении аркмува. Впереди было еще много дел.

Рейтинг поста: 5

Наличие магии в Долине уже давно было фактом, но что обычному торговцу тканями рассуждать о новогодних чудесах, о неизведанном и невозможном?
Раффар давно уже перестал верить в новогодние чудеса. Но новогоднее дерево все таки нарядил - украшения остались со старых времен, когда он ещё ребенком наряжал ёлку вместе со своими родителями, которые старались создать праздник для своего сына. Старались они на славу - верить в какого-то волшебного дядьку, который дарит подарки детям, Раффар прекратил только на десятом году своей жизни. Да и то из-за злого языка тетки, которая не любила Раффара.
Но сейчас Раффар живет один - с благоверной не задалось, детей нет, родственники раскиданы по всему континенту. Не для кого создавать праздник. А самому себе - зачем? У него вон, бухгалтерия не подсчитана и бумаги не разобраны. Раффар и не помнит, когда в последний раз что-то праздновал. Кроме, конечно, выгодной сделки и выручки больше обычной. Когда становишься взрослым, праздники становятся другими.
Мужчина рассматривал елочные игрушки, которые развесил по новогоднему дереву - вот игрушечный олень, которого отец привез из Льесальфахейма. Вот медведь, у которого облупилась краска. Вот кот, вот кролик, вот снегирь. А вот мышка, которую ему подарили с одним из новогодних сладких подарков - и на языке Раффара появилась приторная сладость тех хекских конфет, которые мама выдавала поштучно ежедневно в течении двух недель.
Почему по одной в день? Мама очень сильно пеклась о здоровье своего ребенка. Так что юный Раффар с нетерпением ждал каждое утро, чтобы вместе с завтраком получить долгожданную конфету. И так каждый год, даже когда малец вырос в юношу, мама продолжала покупать конфеты и давать своему сыну. А потом мама умерла и некому стало заботиться о том, чтобы новогодний завтрак Раффара начинался с конфеты.
И ему тут же захотелось сладкого. Но у него было только пресное пиво, которое осталось после прихода друзей. А идти на улицу ради мимолетного желания он не хотел.
Утро нового года было безрадостным и серым. Раффар даже не дождался полуночи, когда один год сменяет другой. Он даже не помнил, какой год следующий и в честь кого или чего был назван. Надо будет проверить на календаре. Под ёлкой подарков не было, что с одной стороны было ожидаемо, а с другой - всё равно обидно. Логикой мужчина понимал, что так и должно быть, но где-то внутри всё равно верил в чудо.
В дверь постучали. На пороге была девушка-соседка, которая с широкой улыбкой поздравляла с новым годом и протягивала мясной пирог в качестве подарка. Раффар замялся: он то ничего не приготовил для неё. Они не то, что бы в дружеских отношениях, чтобы что-то дарить друг другу. Но торговец быстро спохватился, сбегал к себе в спальню и выделил для подарка целых два шерстяных шарфа, которые были у него на продажу. Девушка обрадовалась этому подарку гораздо сильнее, чем он предполагал, но, смотря на её восторженное лицо, Раффар сам проникся духом праздника. Почувствовал себя тем самым Дедом Морозом, который дарит подарки детям.
Девчушка ушла, а у него на утреннем "праздничном" столе был мясной пирог да пиво. Он налил себе в кружку пива, отхлебнул и удивился.
Непонятно.
Вместо солодовой горечи на языке была сладость.
Отхлебнул ещё раз - сомнений быть не может, тот самый вкус приторно сладких конфет, которые давала ему мама в детстве.
Раффар покрутил кувшин, в котором хранил пиво, и нашел бумажку, на которой было написано:

С новым годом!
Превратить пиво в сладкий сок - очень простой фокус. Самая простейшая магия. Куда сложнее превратить скучную жизнь во что-то яркое и веселое, чтобы было с кем встречать праздник. Надеюсь, в новом году ты встретишь тех, с кем ты захочешь праздновать свои праздники. И помни - счастье гораздо ближе, чем ты думаешь!
До новых встреч, Раффар!
Твой, Дед Мороз.

Мужчина тихонько засмеялся, то ли от счастья, то ли от удивления.
Может, и правда ближе, чем он думает?
Надо будет зайти сегодня к той соседке. Может, ещё зарядится новогодним настроением.

А где то на другой стороне улицы улыбалась юная волшебница, которая только-только научилась превращать напитки в другие да вот пироги мясные готовить. А, да, подкидывать записки. Это у неё получалось отменно.

Рейтинг поста: 4

Сквозь дороги, незаметные и едва хоженые, за ветвями деревьев одетые в шелка зимы, раскинулся славный и гордых Льесафахейм - пристанище гордых светлых эльфов. Легендарный хрустальный город, окружённый мифами и легендами, тысячелетиями стоял под Древом Жизни, нежась в его сени. И как день сменяет ночь, сменялись и века, что сливались для великого Древа в мгновенье в его сне. Но даже так, могучий великан словно бы чувствовал зимнюю пору, одеваясь с подобающим роскошеством, но всё также укрывая принаряженные к приходу Владычицы зимы могучими ветвями-руками. По эльфийским изящным домикам теперь тянулась, смешиваясь в узоры, не вязь из трав и цветов, а искусное тиснение льда и снега. И форма казалась той же, но чутко ценящие природу обитатели вкладывали в это свой смысл, как во что-то, символизирующее постоянный цикл жизни, вечно изменчивой, но постоянной в этом.
Но даже если и так, то для жителей и гостей города это было отличным поводом отложить в сторону свои дела и заботы, хотя бы на краткий миг, и наслаждаться шепчущей тишиной заснеженного леса. Загадочный в свою зелёную пору Лес Тихих голосов, "одевшись", становился поистине мистическим. Даже свежие тропинки исчезали спустя минуты, словно и не было их, а Лес чутко хранил свои тайны и своё новое, нарядное и белое, облачение. Что же там может быть, о чём продолжают шептать тихие голоса, сквозь треск морозца и скрип снега под невидимыми ногами?
- Мама, мама...что это? - взгляд неожиданно пронзительных льдистых глаз устремляется к небу, откуда медленно скользили невиданные ранее перья. Танцуя на слабом ветру, они холодными хлопьями оседали на лице, холодя его и пощипывая. Оно...опасное? - ребёнок зачерпнул лодочкой ладошки невиданную им ранее субстанцию. Удивление проскальзывает на его лице, уже начавшее румяниться на морозе. - Х...холодно! Мамочка, холодно! - восторг, примесь страха, удивление - как много чувств!
- Нет милый. - высокая и красивая женщина с усталыми глазами улыбнулась, наблюдая за мальчишкой и провела рукой по прямым волосам, белым от снега, отряхивая их. - Это...снег. Он не опасен.
Эти слова с трудом дались синеокой, как и малец, даме. И смотря на кружащиеся в вечном танце снежинки, она едва могла сдержать слёзы.
Холод... к нему никогда нельзя было привыкнуть. Пронизывающий, иссушающий волю и чувства, заставляющий жаться к любому источнику тепла всеми конечностями, но всё равно ощущать, как выхолаживается тело с одной стороны, медленно прожариваясь с другой - настоящая пытка. Этот медленный палач навсегда останется с ними, отдаваясь ударами в повреждённых хладным молотом суставах. Иначе же было здесь. Но как уйти воспоминаниям, что хлыстами били до сих пор, пытая сознание? Сколько ещё она будет просыпаться, судорожно обхватывая маленькое и тщедушное тело разморенного и непонимающего мальчика?
Когда она уже научится верить в то, что над ними есть небо? Эльфийка древнего рода могла лишь догадываться и впустую задавать эти вопросы стенам, самой себе... небу. Хотя бы ему. И хоть теперь оно было пусто для них... небо всё ещё было.
- Иди... поиграй. - с трудом выдавила она, а мальчик, словно того и ждал, ринулся в ближайший сугроб, возле которого уже вилась стайка мальчишек. - Сегодня можно. Ну же, беги.
Уже шёпотом произнесла она, глядя ему в след затуманившимися от слёз глазами. Секундная заминка, когда бледный и светловолосый пацан подбежал к таким же, как он, ребятишкам. И вот, он принят в игру, чем бы она ни была - его научат. И жить тоже научат.
- Твой сынок, да? - приятный голос, неожиданно подкравшийся сзади. Словно от удара, синеокая вздрогнула и резко, всем телом повернулась. - Я могу его забрать и уйти, Страж. Я не хочу неприятностей.
Стражница в меховой накидке поверх доспеха лишь широко одарила её жемчужно-белой улыбкой и протянула небольшой свёрток. - Нет-нет. Дети есть дети. Возьмите лучше это. С новым годом тебя... сестра.
Последнее слово далось стражнице с трудом. Но и начало года - всегда сложная пора. И хоть в свёрток был всего лишь шоколад, кто она, чтобы отвергать дар, которого мальчик был лишён? Даже материнская забота минула его и Боги только ведают, где бы он был, если бы его, махонького и чахлого ледяного эльфа не подобрала и не назвала сыном одна из немногочисленных женщин, что остались в живых после событий минувшего года.
Тонкие и бледные пальцы скользнули в свёрток и выудили небольшой квадратик, что, несмотря на холод, весело оставил след на пальце и почти осязаемый густой и сладкий аромат. Аромат, которым просто хотелось наслаждаться, но стражница улыбнулась и кивнула, так что губ коснулся вкус, который ледяная давным-давно для себя потеряла… или не чувствовала с рождения? Вкус был… волшебным, взорвавшимся, словно тысяча солнц.
-С новым годом... сестра. - эхом ответила ледяная эльфийка, с большим трудом отвечая на улыбку. Робко, но искренне. И даже не замечая, как по щеке катится одинокая слеза.

http://s5.uploads.ru/t/fGdH8.png



Куплю/выменяю рыбу
Куплю [Закристаллизованная в мёде пчела]
Куплю [(Е) Огранённый аметрит]

Рейтинг поста: 3

Приём работ окончен!
Пожалуйста, не стесняйтесь присылать свои голоса Mist Fuumora Illudnebula
Спасибо за ваше участие.

http://s5.uploads.ru/t/fGdH8.png



Куплю/выменяю рыбу
Куплю [Закристаллизованная в мёде пчела]
Куплю [(Е) Огранённый аметрит]

Рейтинг поста: 1

Праздник завершился, а вместе с этим мы подвели итоги конкурса "Наше зимнее приключение". Встречайте победителей и любимцев читающей публики!
Романтика - Geldeari Werdan.
Эмоциональность - Nissaranirr Shaarakul.
Тематика - Tristan Moreau.
Юмор - Ordalion Westler.
Приз зрительских симпатий - Freya the Firelight.
Огромное спасибо всем участникам, что поделились с нами своими (и не только) историями, а также игрокам за их отзывы!
Все награды и достижения за участие и победу в конкурсе, будут выданы в течении суток.

https://i.imgur.com/KM5xC0F.gif

http://s5.uploads.ru/t/fGdH8.png



Куплю/выменяю рыбу
Куплю [Закристаллизованная в мёде пчела]
Куплю [(Е) Огранённый аметрит]

Рейтинг поста: 4